Потому теперь я прочесывала кусты под окном той комнаты, где я эпично свалилась прямо на стол переговоров из своего мира. Разумеется, я предварительно нашла метаморфов, которые отвечали за уборку территорий и расспросила, не находили ли они что-нибудь необычное. Меня завели на склад, где были потерянные вещи, но, разумеется, никакого письма я не нашла и в помине.

Поэтому сейчас лезла в кусты неизвестных земной науке растений. Растения, между тем, не особо стеснялись, и тоже лезли ко мне. Щекотали запястье, а когда я начинала хихикать, куст трясся от смеха вместе со мной. Господи, никак не привыкну, что растения здесь такие... живые.

Я очень надеялась, что письмо найдется в кустах, потому что попасть в зал военных советов и соседние кабинеты будет намного сложнее. Можно было бы, конечно, попросить помощи у Зенона или Райне. Но тогда пришлось бы объяснять все про письмо и того человека.

Сейчас я четко осознавала: надо было рассказать все с самого начала. Но когда это я поступала разумно, а? Солгала раз, второй, потом недоговорила. И теперь попросту неловко начинать разговор. Тем более, Зенон уже как-то раз обмолвился, что не терпит лжецов. Не хотелось бы терять его доверие и уважение.

— Леди Элейн, а что вы тут делаете?

Я вздрогнула. Вот уж кого нелегкая принесла! Я постаралась выбраться из кустов как можно более изящно, что мне удалось, спасибо этим самым кустам, которые поддержали.

Леди Кэйнор, которую я видела всего несколько раз и предпочла бы больше никогда не встречать. После того, как я наступила ей на ногу, мне казалось, что она объявила мне вендетту и преследовала повсюду, создавая конфликты на ровном месте. Хорошо еще хоть то, что леди Кэйнор, как и многие, опасалась Зенона, рядом с которым я находилась практически всегда. Иначе бы мне точно было несдобровать.

Жгучая брюнетка с раскосыми глазами и симпатичной фигуркой. И с языком острее бритвы, а взглядом она меня прожигала так, будто я у ее детей забрала последний и единственный кусок хлеба, который она собственноручно зарабатывала целую неделю. Без сна и перерыва на отдых.

— Ха-ха, — неловко рассмеялась я. — Как что? Знакомлюсь с этим чудесным растением!

Растение меня поддержало, зашевелив листьями. Я осмотрела свои руки, которые запачкались, увидела подол платья с чуть ободранным краем. Видимо, леди Кэйнорм это тоже заметила, ее змеиные глаза сощурились, она улыбнулась так, что даже мои новые знакомцы-кусты съежились, и произнесла:

— Надо же, какие у вас нестандартные знакомые! Впервые встречаю тех, кто общается с растениями, тем более такими ободранными. Хотя мой отец всегда говорил, что подобное притягивает подобное, потому я не удивлена.

Я посмотрела, как эта напыщенная мадам, поплевавшись ядом, покидает меня. Ну и скатертью. Вот только кустик зачем обижать? Кустик-то весьма симпатичный, о чем я не преминула этому самому кусту сообщить, чувствуя себя полной идиоткой.

Я никогда не была особо везучей, хотя и неудачницей себя назвать не могу. На экзамене я тянула тот билет, который вроде и знала, но не слишком хорошо. Шкафчик в бассейне мне доставалась не сломанный, но неизменно заедающий. Даже булочки мне доставались средней свежести, а не горячие. То есть я могла бы себя охарактеризовать как барышню средней везучести.

Но именно с поиском письма мне не везло тотально. Мало того, что кусты и коридоры не оправдали моих надежд, так еще и не было никаких идей, как попасть в зал военных собраний и прилегающие к нему кабинеты.

Радовало только то, что один из кабинетов около зала военных собраний принадлежал Райне, о чем я узнала совершенно случайно!

Однажды Зенон попросил отнести меня какие-то очень важные документы, попутно объяснив, как найти рабочее место Райне. Как я тогда радовалась! Недолго, кстати, потому что попасть в кабинет Райне без Райне было невозможно (что, в общем-то, логично). А с Райне кабинет невозможно было тщательно обыскать. Что вылилось в то, что я заглядывала туда практически каждый день, осматривая видные места и надеясь, что кто-то позовет хозяина кабинета наружу, а я смогу осмотреться (покопаться) тщательнее. И да, мне было очень стыдно! Но я действительно не знала, что делать. Своими действиями я добилась только одного — ревности Зенона.

— Элейн, ты опять к Райне? — спросил Зенон, когда я рассортировала все его документы по полочкам и собралась уходить.

— Да, — ответила я без задней мысли.

И только двинулась по направлению к двери, как сзади меня схватили крепкие руки и прижали к груди.

— Зенон?

— Не пущу, — прошептал он мне на ухо, заставив вздрогнуть от теплого дыхания. — Никуда тебя не пущу!

— Э-э-э... — Я растерялась, а разум быстренько отключился.

Честно говоря, он так всегда поступал, когда я оказывалась в объятиях Зенона. Эти объятия — теплые, сильные — нужно было признать противозаконными, потому что они были не менее опасны, чем поцелуи.