Я ее понимала, потому что тоже не догадывалась, чем привлекла Зенона. Иногда так напряженно думала, что даже спала плохо. А потом решила радоваться тому, что есть. Ведь если бы я не нравилась Зенону, то зачем бы тот обо мне заботился, обнимал и целовал? Хотя Аниэль очень хорошенькая — и снаружи, и внутри, если она знает об истинном характере Эрцгерцога и он ее не тревожит, то понятно, почему они сошлись. Этим с Аниэль и поделилась.

— А ты Эрцгерцога не спрашивала о таких вещах? — задала я вопрос.

Я встала и налила нам еще чая с потрясающим ароматом. Достала коробки со сладостями. Это Зенон меня баловал: подарил в прошлый раз целый набор маленьких мешочков с чаем и всяких вкусностей. А потом хитро и очень вовремя посетовал, что у него самого нет ничего сладкого в кабинете, а хочется. Вот так и приходил ко мне каждый вечер, чтобы помочь опустошить коробки. Почему-то те вещи, которые приносил Райне

— О чем? Почему нравлюсь? Думаешь, о таком можно спросить? — в отчаянии прошептала Аниэль. — Я не особо хороша в том, что касается разговоров, да и Эльб тоже. Мы всегда обходим эту тему. Иногда я сомневаюсь, нравлюсь ли ему вообще? Я паникер, да?

— А ты за него точно замуж хочешь? — что-то я засомневалась.

В моем представлении хорошие отношения должны быть совершенно другими. Да, поначалу у нас с Зеноном все было не очень гладко, но у нас-то тогда ничего и не было! Но потом, стоило мне только начать в чем-то сомневаться, о чем-либо беспокоиться, как Зенон оказывался рядом. А если и возникало недопонимание, то мы его быстро решали. И насчет отношений Зенон со мной разговаривал. Я могла задаваться вопросом, почему нравлюсь, но я ни разу не сомневалась, что действительно нравлюсь.

— Хочу, конечно! Это всего лишь нервы пошаливают, извини. Не придавай моим словам большого значения.

— Аниэль, ты же знаешь, что я эмпат? — получив утвердительный кивок, я продолжила: — Между вами ни с чем не сравнимая аура влюбленности, а его чувства к тебе очень яркие и сильные. Так что не сомневайся, хорошо?

Этот разговор сделал нас с Аниэль почти подругами. Чтобы убрать это «почти» не хватало лишь времени. Я долго не могла понять, почему Аниэль так странно реагирует на мои слова поддержки, ведь я не делала ничего особенного. А потом узнала все подробности пребывания ее в замке.

— Я что, шпионка по-вашему? — я переводила гневный взгляд с Зенона на Эрцгерцога, изо всех сил стараясь выразить степень своего возмущений.

— Нет!

— Да!

Зенон и Эльб ответили одновременно. Радует, что хоть Зенон не приписал мне эту роль!

— А это что, допрос?

— Нет!

— Да!

Раздался очередной совместный ответ. Я вздохнула. Как хорошо все было, пока не появился Эрцгерцог. Мы с Зеноном обсуждали предстоящий бал, он рассказывал о традициях, даже принес мне небольшие камешки, которые были сродни нашему телевизору. Потом вспомнил, что я не знаю основных танцев метаморфов, а потому меня надо бы поучить. И тут же вызвался учителем, пообещав быть строгим и нежным. И в этот момент, когда была самая подходящая атмосфера, чтобы в очередной раз нарушить глупые правила, к нам в кабинет ворвался Эрцгерцог.

Зашел без стука, закрыл дверь и сказал, что у него дело межмировой важности. Делом межмировой важности оказалась Аниэль. Причем не просто информация о ее самочувствии или чем-то подобном, а всякие мелочи, вплоть до того, как она себя вела, что ела, о чем разговаривала. Самое забавное, что Зенона ничуть не возмутил такой тотальный расспрос. Вот так и вылился разговор о шпионаже. Серьезно, они что, считают, что я буду докладывать о каждом движении Аниэль?! В конце концов, есть женская солидарность! Не знаю как в Найруфере, но на Земле точно!

Эрцгерцог посмотрел на меня строго, но, признаюсь, этот строгий взгляд меня совсем не напугал, потому я с вызов уставилась на него.

— Мне надо знать, что думает Аниэль! — грозно сказал Эрцгерцог.

— Так спросите у нее, я здесь причем?

— Как это причем? А для чего я разрешил тебе общаться с моей Аниэль? — Эрцгерцог явно начинал выходить из себя, но Зенон, который до этого сидел в своем кресле за столом, поднял и похлопал Эрцгерцога по плечу. — А тебе что?

— Тон сбавь. Мне как-то без разницы, Эльб, какое у тебя там положение. Будешь повышать голос на Элейн — засажу в темницу. Ты же знаешь, я могу.

— Что, правда?

Мне показалось, или в голосе Эрцгерцога появилась надежда? Нет, не показалось. Он чертовски обрадовался предложению посадить в тюрьму — хоть там выспится и отдохнет.

— Наставив перед этим синяков, — оскалился Зенон.

— Если запрешь меня в темнице вместе с Аниэль, то хоть ребра ломай! Достали все эти государственные дела, ни дня отдыха, понимаешь?! Мои служащие находят меня даже в отхожем месте, кричат прямо под дверью о срочным делах. Я к Аниэль хожу только через тайный проход. Ночью, когда точно никто не потревожит. И как ты справляешься со всеми делами? У тебя ведь работы не меньше, чем у меня!