Поножи разошлись по шву, по ноге побежала горячая полоса. Это было его последнее достижение. Клинок вошёл ему в глазницу по самую гарду.

Время в зале сжалось до одного длинного выдоха, и когда я выпрямился, рёв форсунок уже стих. Сколько прошло времени, десять минут или час, я не считал. Стоял в одиночестве посреди поверженных механических туш и тяжело дышал.

Отёр кромку меча о штанину и хотел уже сесть на пол, когда плита под ногой дрогнула. Один глухой толчок прокатился по камню, потом второй, уже отчётливее, и куски металлолома вокруг разом зашевелились.

Оторванные лапы псов поползли по плитам, и кто-то невидимый тянул их к центру зала. Пластины с медвежьих туш отрывались сами и скользили в одну сторону. Мой перерыв опять накрылся медным тазом.

М-да уж… Я так и знал, что слишком гладко всё кончилось.

Куча металла росла в центре зала. Шарниры искали свои сочленения, шкуры медведей складывались бронепластинами в гигантский панцирь, головы псов смыкались в чешую на длинном хвосте.

Развернулись восемь ног с когтями длиной в мою ногу, поднялись две клешни размером с дверной проём. Над панцирем встал хвост с массивным жалом.

Механический Скорпион «Сборщик», 56 уровень.

Всё, что только что разобрал на запчасти, теперь стояло передо мной и смотрело шестью красными глазницами.

— Вельтор, у тебя там вторсырьё в моду вошло?

Скорпион ответил движением. Жало откинулось назад, мембраны на сегментах раздулись, и из острия в меня хлынула струя зелёной кислоты.

Ушёл вбок раньше, чем голова успела сообразить, и кубарем перекатился под ближайшую колонну.

Кислота ударила в плиту и зашипела. Камень под струёй пузырился и оплывал восковой лужей. Через пару секунд там образовалась дымящаяся ямка по колено.

Если подойду к этой твари вплотную, клешни сомнут меня одним касанием, а попытка отсидеться за колонной кончится при следующем плевке. Хреново.

Перекатился к следующей раньше, чем хвост довёл прицел. Вторая струя впилась в базальт, и колонна отозвалась шипением, заметно похудев.

Если эта тварь так же планомерно сжуёт моё укрытие, стоять за колоннами получится от силы минуту. Не лучший расклад.

Слабое место!

Зрение наложилось вторым слоем, и я прошёлся взглядом по корпусу.

Пластины горели сплошным защитным узором. Сочленения ног затянуты гибкими рунами, шарниры хвоста переплетены плотной вязью.

Только в одном месте узор подрагивал. Под нижней челюстью, где смыкались сегменты пасти, шёл тонкий неровный стык.

Обычный шов, да и тот скорее для виду. Зацепка так себе, но другой не было.

— Ладно. Раз ты у нас сборщик, давай я тебя немного разберу. Для симметрии.

Выскочил из-за колонны и пошёл по дуге. «Коготь Стража» в правой, кирпич встроен в левую. Скорпион попытался накрыть меня клешнёй, но я нырнул под её замах.

Перешагнул сегмент ноги и рубанул мечом по сочленению. Сегмент с хрустом разошёлся, нога подломилась.

— Вот, другое дело.

Уже выдёргивал клинок, когда сегмент сам пополз обратно. Руны по краю шарнира поплыли, стянули разлом, и нога встала на место. Через две секунды скорпион стоял ровно и результат моей атаки полностью обнулился.

Хмыкнул.

Тварь развернулась корпусом и хлестнула меня хвостом. Жало прошло над макушкой, задев волосы. Ушёл в перекат, ударил мечом по подбрюшью — с тем же бесполезным итогом.

Самопочинка. Любая моя дырка зарастает быстрее, чем я успеваю отойти. Сколько бы я ни рубил, тварь будет восстанавливаться, пока я не выгребу её резерв до дна и не лягу здесь же рядом с собачками.

Скорпион переступил ближе. Время на размышления стремительно заканчивалось. Тварь сменила тактику и пошла меня окружать.

Левая клешня отрезала путь к стене. Правая прижала к колонне. Хвост навис сверху и держал на прицеле тот узкий пятачок, куда меня загоняли.

Восемь ног шли коротким шагом и закрывали один путь отхода за другим. Я не успевал даже наметить новый.

Шесть красных глазниц смотрели мне в переносицу: стой смирно, дальше разберёмся.

Следующие минуты я только и делал, что уворачивался. Клешни рубили воздух, хвост чертил в плитах дымящиеся борозды. Ноги шли на автомате, а в голове крутились варианты.