Шрифт:
— Азарт. Просто азарт, во-первых. Когда мне в руки попадает карта, я загораюсь: вдруг это настоящая?! И дело даже не в золоте или там изумрудах, которые можно найти. Дело в… — он пощёлкал в воздухе пальцами. — Ну, это нелегко передать словами. А во-вторых, в поисках клада столько приходится колесить по стране… Вот вы, извините, сказали "эта страна". А для меня она не «эта», а наша. Моя, наших детей, наших дедов. За пределами столиц трудно себе представить, до чего тяжело живется в некоторых местах в глубинке — а ведь там люди, ничем не хуже москвичей или петербуржцев…
— Вы ведь не раз помогали жителям глубинки, — «вспомнила» блондина. — Дороги, ремонт школ, спонсирование спорта… — хомяк сделал нетерпеливый жест, но блондинка воодушевлялась все больше: — Нет, не надо этого стесняться! Нам известно также, — она игриво погрозила пузанку пальцем, — что в одной из центральных областей уже создана инициативная группа, которая собирается представить Президенту для рассмотрения подписи, собранные за выдвижение вас на пост губернатора через два года…
— Политика, политика… — покачал головой хомяк. — Век бы ей не заниматься, но если не мы — то кто?.. Впрочем, не будем сейчас об этом. Я хотел сказать тем, кому это интересно. Земля русских хранит множество самых разных кладов — от горстки медных монет, схороненных крестьянином от алчного барина, до скрывающихся где-то библиотек Ярослава Мудрого и Ивана Грозного! — блондинка изобразила изумление, хотя ей вряд ли что-то говорили эти имена. — Все это — часть нашей истории, друзья. То, что мы не имеем права потерять или передать в недобрые руки. Поэтому вот уже три года как мною был создан Интернет-сайт…
— Йоу, в натуре! — вырвалось у Женьки. Он зашарил вокруг в поисках ручки или карандаша, боясь отвести взгляд от экрана. Судьба, вот что это!
— …адрес — три «дабл-ю» точка klad точка ru…
Женька опрокинулся вместе со стулом, кувыркнулся через плечо, вскочил, подхватил ручку и, цедя адрес сквозь зубы, написал его на голой коленке. На экране еще что-то говорили толстячок и блондинка, а Женька уже заскочил в свой закуток за кроссовками. Бросил взгляд на часы — интернет-пункт при кинотеатре откроется через семь минут…
….и увидел фотографию — они фотографировались все вместе во время 9 Мая, на Вороне. Было еще холодно, ног они все равно купались, видно, что волосы у всех мокрые. Женька стоял чуть сбоку и впереди Федьки и смеялся в объектив. Разгибаясь с кроссовкой в руках, Женька моргнул и вспомнил, как горел костер, они сидели у огня и слушали гитару Федьки….
…хоть конь-огонь, да и первый други как ни жаль его, гой-еси —когда шеломы трещат вокруг,подставь коня, а себя спаси.Но коль товарищу смерть сулятпобоища да пожарища —простит тебя мать-сыра-земля…Подставь себя за товарища!(1.)Стихи С. Боханцева.
— Да ну, на фик… — процедил Женька и выскочил наружу, на бегу натягивая кроссовку.
В три часа ночи (или утра) Федька еще не спал. Было жарко. В открытое настежь окно, забранное марлей, вливались не струи свежего
предутреннего воздуха, а все та же жара. Можно было бы подумать, что собирается гроза, но небо оставалось чистейшим и уже начинало алеть с востока.
Документ взял кто-то из своих.
Федька ударил обоими кулаками в боксерскую грушу, увернулся от тяжелого обратного движения и шёпотом выругался. Подошел к столу, сел на край.
Кто-то из своих, вот в чем подлость и гнусность. Даже не в том, что это был свой, а в том, что теперь он, Федор Гриднев, ВЫНУЖДЕН подозревать полтора десятка человек — своих друзей! — каждый из которых может оказаться вором.
КАЖДЫЙ. Но остальные — честные… а подозревать он будет всех.
Если бы в этот момент перед Федькой поставили вора, он бы всерьез вырезал тому Ворона.(1.)
Федька стукнул пяткой по углу стола — побольней, чтобы отрезветь от этой боли. Немного прояснилось.
В Царстве Хель(2.) течет река Гьелль. И по ее ледяным водам вечно бредут те, кто нарушил клятву и предал друзей — а вода несет и несет лезвия мечей, вновь и вновь ранящие изменников. Выйти же из вод они не могут. Таково наказание.
Заслуженное.
Федька нагнулся и из-за выдвинутого ящика стола достал серую папку-скоросшиватель, наполненную пакетиками-файлами. Это были личные дела ЮКов. Когда полтора года назад Макс подал эту идею, Федька отмахнулся — это отдавало детством, играми в войнушку и вообще несерьёзностью. Но потом оказалось, что такая штука очень удобна… Федька перебирал файлы, тяжело вздохнул и швырнул папку обратно. Да, если сейчас позвонить Максу, попросить его прийти и сесть как следует — можно будет скорей всего, «вычислить» вора. Но личные дела собирались не за этим. А чтобы не забыть, с чем любит пирожные Катька Сидякина…. или когда день рождения у потерявшего ногу на стройке отца Дениски Лаврухина….
Нет, к черту. Лучше раз умереть от удара в спину, чем ждать его от каждого в каждый миг.
Правда без оригинала документа проваливалась идея экспедиции на поиски клада, выдвинутая Максом. Они собирались обратиться прямо в область, в Комитет по молодежной политике, где это дело, конечно же, подали бы, как инициативу администрации… но все-таки могли помочь. Своих денег, ну, по крайней мере, достаточных для серьезной поставки дела, а не просто для вылазки на природу, у ЮКа сейчас не было и взять было негде….