Дверь открылась с тихим шипением, и в отсек вошёл Руслан, старший лаборант. Вернее, не вошёл, а влетел, едва не поскользнувшись на небольшом квадратном коврике, который Щербин привёз с Сатурна.

– Семён Михайлович!
– крикнул он.
– Свен сбежал!

Микробиолог резко обернулся. Новость была скверная.

– Когда?!

– Чуть меньше часа назад.

Мальчишеское круглое лицо Руслана выражало крайнее волнение.

– Только что узнали, да?
– Щербин взял лаборанта за локоть и потащил за собой.

– Да, Семён Михайлович! Марина пошла в лазарет, а там пусто! Послала меня к вам. Она думает, Свен надел скафандр и вышел наружу!

Щербин остановился посреди коридора.

– Как? Почему?

– Пропал один скафандр. Компьютер зафиксировал выход с базы в пять восемнадцать.

Значит, Луговская сначала убедилась, что пациент сбежал, а уж потом отправила к Щедрину Руслана. Понятно…

– А камеры?
– продолжив путь, спросил микробиолог.

– Не успели посмотреть. Марина как раз в комнате охраны.

– Тогда идём туда.

Врач - миловидная брюнетка двадцати семи лет - сидела в вертящемся кресле перед экранами, на которых мелькали кадры видеозаписи - всё, что происходило внутри и вокруг базы, фиксировалось.

– Нашла?
– с порога спросил Щербин.

Луговская обернулась. Лицо у неё было озабоченное.

– Виновата, Семён Михайлович. Не доглядела.

Микробиолог качнул головой.

– Ерунда! При чём тут ты?

– Я должна была его запереть.

– Кому могло прийти в голову, что Свен решит выйти, тем более сейчас.

Щербин бросил взгляд на окно. Звезда почти полностью виднелась над горами, тень от гряды стала короче.

– Куда он, интересно, направляется, - пробормотал Руслан.

– Вот запись, - сказала Марина.
– Поглядите.

На экране возникло изображение наружного шлюза. Свен, худой и высокий, вошёл, открыл стенной шкаф и стал надевать скафандр. Движения у него были замедленные, голова время от времени подёргивалась. Вот он закрепил шлем, опустил тонированное забрало и ввёл код в электронный дверной замок. Шлюз открылся, и долговязая фигура, чуть сутулясь, шагнула навстречу багровому свету.

– Он взял гравитант!
– голос раздался позади и принадлежал Бэну Рудеру.

Атлет вошёл в комнату охраны и остановился, немного не доходя до мониторов.

– Я проверил, - сказал он, когда все обернулись.
– Не хватает третьей «торпеды».

Торпедами называли небольшие гравитанты, походившие на бесколёсные мотоциклы, скользившие над поверхностью планеты при помощи генерируемого магнитного поля.

– За это время он мог добраться до гор, - проговорила Луговская, взглянув в окно.

– Что ему там делать?
– отозвался Руслан.

– Что ему вообще делать снаружи, - сказал Рудер.

– Надо проследить его маршрут, - Щербин склонился над пультом управления и ввёл параметры поиска. В скафандрах были специальные маячки, а вокруг базы исследователи установили множество мачт, ретранслирующих сигнал. Они образовывали подобие паутины, благодаря которой можно было узнать, как перемещался обладатель скафандра - если, конечно, он не выходил за этот периметр.

Обработка запроса заняла меньше минуты.

– Вот!
– не удержался от возгласа Руслан, ткнул пальцем в экран.
– Он на перевале!

Так условно называлась самая низкая часть гряды, через которую переправлялись гравитанты, чтобы попасть на другую сторону.

– И он там уже восемь минут, - заметил Щербин.
– Значит, это место его назначения.

– Свена необходимо вернуть, - сказала Луговская.
– Пока он не отправился дальше.

– Я полечу, - вызвался Рудер.

– Я с тобой, - врач решительно встала.
– Возможно, придётся вводить успокоительное.

– Я с вами, - сказал Щербин.
– Руслан, останешься здесь. Подготовь медицинский отсек.

– Хорошо, Семён Михайлович.

– Всё, собираемся!

Через десять минут трое вышли из наружного шлюза и направились к большому гравитанту, напоминавшему майского жука. Из комнаты охраны лаборант пронаблюдал за тем, как транспорт оторвался от земли, втянул опоры и устремился на восток.

Щербин направил гравитант влево, туда, где в тени уступа виднелась «торпеда».