— Раздевайся или я сорву с тебя одежду, — приказал он.

— Ты что?

Ее глаза засверкали от гнева.

— Я буду твоей только тогда, когда решу сама. А теперь убирайся отсюда.

Для Джонни, который принимал в юности участие во многих драках, взять над ней верх было детской забавой. Она пыталась поцарапать его, но он ускользнул. Он опрокинул ее на кровать и крепко удерживал.

— Будь умницей, милая. Или ты действительно хочешь, чтобы я рассердился?

— Я буду умницей.

Джонни отпустил ее руки и снял брюки. Когда он ее брал, она обняла его и застонала.

— Я умираю от голода, — заявила она чуть позднее.

Она ласкала мускулистую спину Джонни.

— Я люблю тебя. Ты настоящий мужчина. Что ты решишь, то я и буду делать. Я согласна.

Она вскочила и ушла. Пока он одевался, он слышал шипение бекона на сковородке. Он пошел на кухню. Фреда, совершенно обнаженная, жарила яичницу. Он подошел сзади и поласкал ей ягодицы.

— Прекрати, Джонни, иначе мы никогда не пообедаем.

Во время обеда он ей сказал:

— Через пять дней ты и я будем на дороге к новой жизни.

Она улыбнулась.

— Я так этого хочу, Джонни! Джонни, ты не можешь себе представить, как я этого хочу.

Они провели остаток дня на палубе, загорая на солнце. Примерно около половины седьмого Фреда заявила:

— Я начну готовить ужин, а ты пойди прогуляйся. Возвращайся не раньше; чем через час, мне нужно время, чтобы убедить Эда.

— Я возьму лодку. Может быть, половлю рыбу.

— Если она будет такая, как ты поймал сегодня, брось ее обратно в воду.

Отъехав довольно далеко от домика, Джонни остановил лодку и подумал о Фреде. Он подумал также и о Мелани. Интересно, нашла ли она кого-нибудь другого? Что делает Массино?

Через час он поймал четыре рыбешки, выбросил их в воду, затем повернул лодку и направился к домику.

Поднимаясь на палубу, он заметил Скотта, который мыл свой грузовик. Джонни помахал ему рукой. Скотт ответил. Он вошел в кухню. Фреда кивнула головой.

— Все в порядке. Нам не о чем больше заботиться, он поверил.

Джонни глубоко и медленно вздохнул.

— Ты в этом уверена?

— Совершенно уверена.

Прекрасный ковер с бело-голубыми полосами вел внутрь бара. Вокруг столов сидели жирные самодовольные люди, которые имели вид людей только что сошедших с собственных яхт.

Тони почувствовал себя немного неловко, входя в бар с чемоданом в руке. Он понимал, что посетители смотрели на него, и сожалел, что одет не так элегантно, как они.

Итальянец в белом пиджаке и красных брюках подошел к нему.

— Вы ищете кого-нибудь?

Его неприязненный тон вызвал у Тони раздражение.

— Я ищу Луиджи, — пробурчал он. — Найдите его сейчас же.

Глаза у того широко раскрылись.

— Синьор Мора занят.

— Скажи ему, что я приехал от Массино, — сказал Тони. — Он меня ожидает.

Внезапная неприязнь итальянца улетучилась. Он показал на дверь.

— Извините. Сюда, пожалуйста. Первая дверь по коридору.

Тони нашел Луиджи Мора сидящим за большим письменным столом. Тот царапал какие-то цифры в блокноте. В тот момент, когда Тони входил, Луиджи облокотился на кресло и покачал головой. Ему было около шестидесяти лет. У него был слегка кривой нос, воспоминания о юности и одном мужественном полицейском, и маленькие черные сверкающие глаза.

— Усаживайся… Бери сигару. — он показал Тони на стул и пододвинул коробку, украшенную серебром.

Тони не курил сигар. Он уселся на ручку кресла. Он знал репутацию Луиджи Мора, одного из самых влиятельных членов мафии. Этому человеку он предпочел бы не противоречить.

Мора зажег не спеша сигару, задумчиво глядя на Тони.

— Я слышал о тебе. Кажется, ты неплохо стреляешь.

Тони кивнул.

— Прекрасно.

— Он наводит красоту?

Мора загоготал.

— Он, наверно, сейчас как бык, которому воткнули в зад раскаленную кочергу.

Тони промолчал.

— Мы получили сведения, — продолжал Мора. — Это, должно быть, сотое, но это, кажется, серьезное. Все мои люди сейчас в разъезде, проверяют другие адреса. Я думаю, будет лучше, если ты поедешь в Лидул-Крик и взглянешь сам. Так как результат может быть отрицательным, я не хочу собирать своих людей. По смотри поближе. Если это действительно он, позвонить и мы им займемся.

Тони почувствовал, как ледяная дрожь охватывает его.

— Вы хотите, чтобы я поехал туда один?