Девушка сделала пару шагов в сторону дома, замечая, что входная дверь открылась и из здания выскочил черный пес, который тут же устремился в ее сторону. Шерсть была настолько длинная и кудрявая, что не видно глаз. Собака даже не гавкнула. Она пронеслась в сторону Алисы, резко затормозила у ног гостьи и начала ее обнюхивать.

В отличие от своей матери, Алиса любила животных. Иногда девушка ездила в приют, находящийся за МКАДом, и помогала с питомцами. Выгуливала, кормила, вычесывала. На накопленные деньги покупала нужные вещи и медикаменты. Поэтому сейчас она даже не испытала страха к этому незнакомому псу. Погладила его по голове, а собака тут же легла на спину, подставляя розовое теплое пузико. «Хоть что-то здесь есть хорошее», – подумала девушка, присела на корточки и принялась гладить животное.

Из дома вышла мать, но она не спешила подходить к Алисе. Ждала, когда та сама подойдет. Девушка не торопилась, отдавая все свое внимание псу. И мать не выдержала.

– Ладно, хватит гладить собаку. Иди уже в дом.

Нехотя Алиса поднялась и подчинилась, заметив за спиной родительницы женщину, как две капли воды похожую на ее мать, только на лет двадцать старше.

Бабушка была невысокой худой статной женщиной. В черных густых волосах серебрилась седина. Светло-серые глаза смотрели с интересом. Тонкие губы растянулись в мягкой улыбке.

– Алиса, это твоя бабушка Людмила Аркадьевна. Мама, это Алиса.

Бабушка и внучка посмотрели друг на друга с любопытством. На пару секунд воцарилась тишина, перебиваемая трелью птиц.

– Как мне вас называть? Бабушка или Людмила Аркадьевна?

– А ты сама как хочешь?

Алиса задумалась. Девушку удивило, что ей давали выбор, но от этого легче не стало. Ей показалось, что, если она будет называть мать своей матери по имени и отчеству, той, наверное, станет не особо приятно. Да и сказать «бабушка» куда проще, чем Людмила Аркадьевна. Мать не встревала. Она молча стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на них, чего-то выжидая.

– Бабушка. – Пожала девушка плечами, замечая, как погасшая на мгновение улыбка на губах женщины стала шире. – Так проще. – Не преминула добавить она.

– Хорошо. Проходи в дом. На обед ты уже опоздала, будешь ждать ужина.

Больше не сказав ни слова, женщина развернулась и пошла в дом. Алиса с недоумением посмотрела ей вслед. Ее что, не накормят? Мать не обратила внимания на ее вопросительный взгляд, поспешив тоже зайти в помещение.

– Мда, отличненькое начало, – устало вздохнув, девушка последовала примеру своих родственниц, думая о том, что ей точно будет непросто. Поэтому нужно уже сегодня уговорить мать, чтобы она не оставляла ее в этом захолустье.

Главное – найти нужные аргументы.

С открытым от изумления ртом Алиса стояла на пороге своей новой комнаты. Кожаный рюкзак медленно сполз с плеча, упав на пол.

– Капец! – тихо выдала девушка, тяжело сглотнув.

Комнатка была небольшой по сравнению с той, где Алиса жила в столичной квартире. Даже крохотной. Немного прямоугольное помещение с огромным деревянным окном. Стены обклеены розовыми обоями с синими розами. Белоснежный потолок с люстрой в виде цветка посередине. По правую руку у стены, ближе к окну, стояла односпальная кровать, над которой висел ближе к темно-бордовому в ромб ковер, застеленная синим пушистым пледом односпальная кровать, где сидел красный старенький медведь без одного глаза. Между кроватью и дверью расположилось широкое кресло цветом темного шоколада. На противоположной стене у окна стоял письменный стол, небольшой платяной шкаф, и остальное место занял стеллаж с полками. На окнах – белоснежный вышитый тюль с плотными розовыми ночными шторами. Створка была приоткрыта, и в комнату поступал легкий ветерок.

– Ка-пец! – тихо произнесла Алиса, еще раз взглядом пробежавшись по небольшому помещению. Но больше девушка ничего не успела сказать, позади послышался голос бабушки. Алиса шагнула в сторону, оборачиваясь.

– Ну как, нравится? – спросила женщина, осматривая комнату, словно в первый раз видела ее.

– Не то слово. – Алиса постаралась не сморщиться, очень надеясь, что жить ей здесь долго не придется.

Она прекрасно знала свою мать, и как та быстро отходила. Перебесится пару дней и заберет ее из этого цветочного ада. Алиса посмотрела на одноглазого медведя с усталым и грустным взглядом, от его вида девушке стало еще тоскливее.

– А где твои вещи? – поинтересовалась бабушка, но Алиса не успела ничего ответить, откуда-то из дальнего угла дома раздался голос матери.

– Ее вещи в багажнике.

– Значит так, до ужина осталось два часа, если хочешь есть, на кухне в вазе фрукты. Завари чай.

– А кофе есть? – перебила она бабушку.

– Нет, кофе нет. Я пью только чай.

Еще один минус в этом доме. Алиса же сама всегда пила в основном только крепкий кофе без сахара и молока. Чай тоже пила, но очень, очень редко, и то в основном зеленый.

На слова бабушки девушка согласно кивнула.

– Как ужин будет готов, позову, а пока отдохни.

Бабушка ушла, напоследок улыбнувшись и аккуратно прикрыв дверь за собой, а Алиса заметила на обратной стороне полотна календарь с котятами. Усталый вздох, и девушка, подобрав свой рюкзак, бросила тот на кровать, а сама опустилась в кресло. Ей было непривычно и дико в этом доме. Свою-то комнату она обустраивала с дизайнером, который работал над интерьером всей квартиры, а тут что? Ковры на стенах и мягкие старые игрушки времен царя Гороха, в которые играла еще бабуля. На глаза наворачивались слезы, и Алиса решила, что обязательно поговорит с матерью. Убедит, чтобы она забрала ее домой.