Кузен не подкачал, прислав диск, на котором был записан действительно адский шум, состоящий из сигнала «Воздушная тревога», первых тактов полета валькирии из оперы Рихарда Вагнера, топота рвущихся к финишу лошадей в Аскоте, вопля атакующих горцев из фильма «Храброе сердце» и воя заходящего на цель пикирующего бомбардировщика Ю-87. Если бы при прослушивании этого кошмара на Выручай-комнату не были наложены заглушающие чары, вполне возможно, что из Хогвартса в ужасе разбежались бы не только ученики и преподаватели, но и все привидения.

Генеральная репетиция была назначена на ночь Хэллоуина.

После ужина все собрались в Запретном лесу, недалеко от антиаппарационного барьера. Переоделись. Повторили роль каждого.

Гермиона прошлась мимо всех, как командир диверсионного спецподразделения перед строем добровольцев. Поправила уши Невиллу и левую голову Гарри. Слегка загнула рога Рона и ушки Джинни. Расправила хвост Луны. Разлохматила светящиеся дредды Дина.

– Диспозиция ясна всем? Взлетаете здесь и следуете строго на северо-восток. Через милю разворачиваетесь и летите прямо сюда. Я включу шум. Можете и сами что-то орать. Только уговор: не пытайтесь лихачить. Мало ли что, эти морды из тыкв с накладками из фольги и хвосты на метлах могут помешать. Всем ясно?

– Ясно, - ответили гриффиндорцы.

– Тогда вперед.

Кошмарная компания взлетела и направилась строго на северо-восток. Гермиона замерла, глядя им вслед, ее палец чутко подрагивал на кнопке «Пуск» маггловского CD-проигрывателя. Рядом притаились Лаванда и Парвати, готовые начать голосить по сигналу. И все бы ничего, если бы…

Если бы директору школы чародейства и волшебства Хогвартс, Альбусу Персивалю Брайану Вулфрику Дамблдору, не пришло бы в его мудрую голову проинспектировать защитные чары на антиаппарационном барьере в компании профессора Северуса Снейпа. А свежесбежавшему из Азкабана Люциусу Малфою - назначить именно под соседними кустами свидание своему сыну Драко.

«Демоны» пролетели оговоренную милю и по сигналу Гарри развернулись. Чутко следящая за ними Гермиона нажала кнопку «Пуск» и дала отмашку Лаванде и Парвати…

Ночную тишину разорвали чудовищный вой и вопли…

Невилл Лонгботтом был страшно горд, что его привлекли к такому важному и ответственному делу. Летя в ночи на закамуфлированной метле, он чувствовал себя почти что настоящим грозным демоном. Его друзья отрывались по полной. Гарри и Рон лаяли и мяукали. Луна квакала. Дин завывал не хуже баньши. Джинни свистела. А он? Он тоже будет… Будет кричать что-нибудь этакое, залихватское и, может быть, даже непотребное. Самое залихватское, что пришло ему в голову, было: «Эге-гей!» и «Йо-хо-хо!». «Эге-гей» явно подходило больше. С непотребной составляющей было сложнее. Так уж вышло, что самое неприличное слово, которое знал воспитанный строгой бабушкой Невилл, было «жопа». Но лететь и орать «Эге-гей! Жопа!» было как-то не очень хорошо. О, вот еще непристойное выражение: «Вашу мать». Это подойдет. И Невилл завопил высоким голосом: - Эге-гей! Вашу мать!

– ААААААА!
– неслось снизу.
– Смотрите все! Дикая Охота летит!

Зрелище действительно впечатляло. И было просто ни на что не похоже.

Боковым зрением Гермиона заметила какое-то движение. Она обернулась и в неверном лунном свете с ужасом разглядела медленно оседающего на землю Дамблдора и уже поднявшего волшебную палочку Снейпа. Только не это! Времени на размышление не было. Гермиона с воплем: «Сэр! Это свои!» одним прыжком бросилась на шею Мастеру Зелий. Тот покачнулся, но устоял. Гермиона обхватила его ногами за талию, левой рукой за шею, а правой принялась вырывать палочку из его руки.

Лаванда и Парвати испуганно замолчали. А прямо над ними Гарри решил-таки исполнить «финт Вронского», несмотря на все предупреждения. Остальные «демоны» предусмотрительно шарахнулись в стороны. Все, кроме Невилла, который не справился с управлением и, продолжая вопить: «Эге-гей! Вашу мать!», рухнул прямо на Дамблдора, удачно вписавшись в вой пикирующего бомбардировщика времен последней мировой войны магглов.

Снейп прекратил отбиваться от вцепившейся в него Гермионы и обернулся к поверженному начальнику. В соседних кустах раздался громкий шорох.

– Кто здесь? А ну, выходи!
– рявкнул уже изрядно вздрюченный Снейп.

Кто-то бешеным галопом рванул вглубь леса. Лишь на краткий миг в лунном свете мелькнули платиновые локоны.

«Демоны», заметив, что на земле происходит что-то непонятное, решили спешиться. Снейп наконец оторвал от себя Гермиону.

– Могу я узнать, что здесь происходит, мисс Грейнджер?
– спросил он зловещим голосом.

– Эээээ… - выдавила из себя Гермиона.

– Ыыыыы, - послышалось из-под Невилла.

Общими усилиями из-под оглушенного гриффиндорца извлекли директора. Тот полными ужаса глазами уставился на своих подопечных.

– Вы в порядке, сэр?
– участливо спросил Гарри.

Дамблдор обалдело смотрел на трехголового монстра, почему-то разговаривающего таким знакомым голосом Надежды магической Британии, и что-то почти ощутимо щелкнуло в его мозгах. И не только щелкнуло. Директор Хогвартса затрясся, выдал что-то вроде «Ууууээээаааыыы!», а затем лег на землю и свернулся калачиком, глупо хихикая.