Шрифт:
В девять часов утра, очень рано по кремлевским меркам, Всеволод Марьевич прибыл на свое рабочее место в состоянии крайнего раздражения и первым делом позвонил новому директору канала ТВС Кисловскому, чтобы напомнить о достигнутой договоренности. Кисловский должен был составить сетку телевещания на полгода вперед таким образом, чтобы канал стал безусловным лидером показа боевиков и сцен насилия. Это была цена победы Кисловского, получившего финансы и выигравшего долгую битву за кресло директора канала. Калошин поддержал его и теперь требовал отдачи.
После разговора с Кисловским Всеволод Марьевич глотнул кедрового бальзама, сел за стол, взялся за свастикообразный крест, который носил в кармане пиджака, а не на груди, и вызвал сферу магадха, которая пронзила пространство и создала канал речения с нужным человеком. Кроме всего прочего, крест — среди жрецов Морока он имел название уморь — мог служить не только генератором и излучателем силы, но и своеобразным магическим «телефоном». Тысячи лет назад уморь имел другую форму, но Морок сумел изменить, извратить, перевернуть смысл светлого символа — свастики, точнее — русского коловорота, и взять его себе на вооружение. Отчасти этим и объяснялись неудачи российских националистических организаций, взявших свастику в качестве символа, а также их аморализм и жестокость. В нынешние времена свастика-коловорот работала на дьявола.
Перед Всеволодом Марьевичем возник столб струящегося воздуха, внутри которого сформировалась полупрозрачная текучая фигура человека в сутане.
— Приветствую наместника Господина, — склонился перед Калошиным человек; это был Хрисанф, штатный колдун храма Морока. — Чем могу быть полезен?
— Пользы от тебя пока мало, — скривил губы Всеволод Марьевич, — как от козла молока. Ты до сих пор не можешь найти володарь Евстигнея.
Хрис отвел глаза, переживая приступ глухой злобы. Калошин — Черный Вей был сильнее и полномочия имел на порядок выше, поэтому маг вынужден был ему подчиняться безоговорочно.
— Мы подобрались к решению этой проблемы вплотную, наместник, — соврал он. — Осталось проверить кое-какие попутные идеи…
— Определили хотя бы, у кого сейчас володарь?
— Он может быть только у двух человек: у Витязя, ученика Евстигнея, начавшего проявлять активность, и у Ильи Пашина, который год назад…
— Не утруждай себя объяснениями. Захвати Пашина и допроси.
— К сожалению, сделать это непросто. Он посвящен в Круг и очень осторожен.
— Напусти на него порчу, отними силу… не мне тебя учить, что делается в таких случаях.
Хрис пожевал губами.
— Он умеет защищаться… а у меня уже истощился Ю-запас. Вы обещали пополнить…
— Обратись к новой верховной жрице, она даст. Господин одарил ее щедро.
— Благодарю, наместник, — снова поклонился колдун. — Но у меня еще одна проблема — не хватает профессионалов для проведения операций. Оставшиеся хха не справляются со своими обязанностями, ошибаются и путаются. Тот же Пашин легко справляется с ними, хотя его и нельзя назвать воплощением невозможного.
— Хорошо, я возьму это дело под контроль. Директор ФСБ хоть и не наш человек, но он проиграл Клементьеву крупную сумму и сделает все, что я попрошу. Профессионалы у тебя будут. С их помощью посади эту компанию во главе с Пашиным под клош [40] и ликвидируй.
Хрис покачал головой.
— На их стороне Витязи…
— А на нашей стороне сам Господин! — рявкнул, не сдержавшись, Всеволод Марьевич так, что лопнуло стекло картины на стене. Вытер лысину, успокоился. — Надо направить их по ложному пути… и там уже уничтожить. Без следа. Нам бы месяц продержаться до прихода Господина. Есть соображения?
40
Клош — металлическая крышка, которой накрываются блюда при подаче к столу.
— Я запустил слух о переносе храма в Псковскую губернию, на берег одного из озер в северных болотах.
— Неплохая мысль. Можно будет сотворить обманку или, как теперь модно говорить, виртуальный храм. Пожалуй, я займусь этим. Однако слухов мало, надо еще, чтобы им поверили.
— Можно выпустить Безыменя.
— Яснее. Разве Безымень еще жив?
— Я сохранил ему дыхание… на всякий случай. Дадим ему информацию о новом местонахождении храма и устроим побег. Кроме как к Пашину, бежать ему и не к кому.
— Отлично, старик! Голова у тебя еще варит. Я сделаю дорогу к «храму» и заминирую озеро, а ты устрой так, чтобы Пашин и Витязи клюнули на эту легенду. И продолжай искать володарь!
— Слушаюсь, наместник, — сверкнул глазами Хрисанф, опуская голову. О том, что его псы-хха напали на след, он говорить не стал. Этот козырь следовало приберечь до лучших времен.
— Теперь о Савагове. Он оказался глупее, чем я думал, наделал ошибок, занимается больше своими делами, нежели нашими. Устроил охоту на девок прямо на ВВЦ, «засветился», обнаглел… Короче, приставь к нему кого-нибудь из своих «шестерок» половчее, пусть попробует подчищать за ним следы. А если этого окажется недостаточно — нейтрализуй Савагова! Он приносит больше вреда, чем пользы.