Едва дождавшись этого момента, Эрик побежал по отмели, окруженный сверкающими брызгами. Бросившись в воду, он вынырнул рядом с Кэтлин.

Снова и снова ныряли они, удаляясь все дальше от берега, пока не почувствовали усталость: Тогда молодые люди поплыли к берегу. Наконец большая волна вынесла их на отмель. Эрик поднялся на ноги и протянул руку Кэтлин.

Она вышла из воды вся в сверкающих каплях влаги, бросилась в объятия Эрика и прижалась к нему всем телом.

Волны прибоя с шумом разбивались об их ноги, но они не замечали этого… Вместе они познали темные глубины и пропасти настоящей страсти. Вместе они медленно возвращались к реальности.

Эрик поцеловал Кэтлин в губы и опустил на песок. Взяв за руку, он повел ее к дому, освещенному косыми лучами заходящего солнца. Эрик внезапно заметил, что она слегка дрожит.

— Ты замерзла, любовь моя?

— Немножко.

Эрик укутал ее своим плащом. Они вошли в дом через боковую дверь и поднялись по лестнице. В маленькой комнате Эрик подал Кэтлин полотенце, а другое обернул вокруг своей талии.

Как смущенный школьник, он пробормотал:

— Пойду переоденусь… Там, в своей комнате… Лишь несколько минут назад они составляли единое целое, но сейчас Эрик почувствовал, что Кэтлин хочет побыть одна. Да и он хотел остаться один на какое-то время, ибо его переполняли эмоции.

Одевшись, Кэтлин занялась своими мокрыми волосами. Расчесывая их, она с интересом разглядывала себя в маленьком зеркале, В этом доме царили мир и покой. Кэтлин чувствовала себя так хорошо, словно ее настоящее место было именно здесь, рядом с Эриком. И, вспомнив, почему он купил Бель-Мер, девушка поняла, что так оно и есть. Этот дом — рай для них обоих.

Кэтлин долго и внимательно всматривалась в себя, но как бы не вполне узнавала свое лицо. Впрочем, ничего удивительного: ведь она была влюблена! Да, она любила Эрика всей душой и хотела бы всю жизнь провести с ним рядом. Хотя он еще не говорил об этом, Кэтлин не сомневалась, что Эрик мечтает жениться на ней. И если для этого Кэтлин придется пожертвовать свободой — что ж, так тому и быть. Лучше уж стать пленницей сильного и любящего мужчины, чем испытывать вечное одиночество.

— Кэтлин? — прошептал Эрик. Она увидела его отражение и зеркале. Вьющиеся темные волосы падали на кружевную сорочку, смуглое мужественное лицо выражало озабоченность. — С тобой все в порядке? Ты такая печальная…

Эрик положил руки на плечи Кэтлин и заглянул ей в глаза.

— Я чем-то рассердил тебя? Или обидел? Я думал, что тебе понравится этот дом так же, как и мне. Но ты такая грустная.

— Я вовсе не грустная, Эрик… И мне очень нравится этот дом. Здесь так хорошо и спокойно, что я была бы здесь счастлива всю свою жизнь… Эрик, я… — Кэтлин всей душой хотела произнести эти слова, но чувства переполняли ее. Она отвернулась, избегая его проницательных глаз.

— Что, Кэйт? — нежно спросил он. — Что же? — На глаза Кэтлин навернулись слезы.

— Я люблю тебя, Эрик. Я не верила в то, что когда-нибудь испытаю то счастье, которое ты мне подарил. И я люблю тебя всей душой.

Эрика охватило ликование.

— Моя милая Кэйт, как долго я ждал этих слов! Я хочу защищать и охранять тебя… Я хочу всю жизнь держать тебя в объятиях и никогда не выпускать. И никто и никогда не разлучит нас… Я люблю тебя…

— Люби меня, Эрик…

— Я люблю тебя, Кэтлин… Я люблю тебя… — простонал он, поднимая ее на руки. Она обняла его, и он снова прошептал: — Я люблю тебя…

Нежно прижимая Кэтлин к себе, Эрик отнес ее в другую комнату и осторожно опустил на огромную кровать. Сняв с нее платье, он разделся и лег рядом с возлюбленной. Губы их встретились в поцелуе. Все мысли и ощущения Эрика были поглощены Кэтлин и нежной силой ее любви.

Он вошел в нее глубоко, чтобы почувствовать и заполнить Кэтлин всю, целиком. Потеряв представление о времени, Эрик двигался все быстрее и быстрее. Она отвечала ему с неистовой пылкостью. Казалось, они парили над землей. Яркий свет вспыхнул перед глазами Кэтлин, и она громко закричала в экстазе. Взрыв, сотрясший ее, возбудил Эрика еще сильнее. Он содрогнулся всем телом и, застонав, вылил в нее семя.

Им овладела блаженная истома. Кэтлин принадлежала ему теперь вся — душой и телом. Между ними уже не стояли призраки и тени прошлого. Успокоенный этими мыслями, Эрик проговорил:

— Моя дорогая Кэтлин… Любимая моя Кэтлин… Если бы ты знала, как я тебя люблю… Раньше я думал, что моей единственной любовью навсегда останется море, но теперь у меня еще более прекрасная возлюбленная… — Он зарылся лицом в душистые волосы Кэтлин и в одно мгновение заснул глубоким сном удовлетворенного мужчины.

Между тем Кэтлин, мгновенно забыв о пережитых радости и счастье, прежде, неведомых ей, вновь и вновь повторяла про себя его слова. Слезы хлынули из ее глаз.

«Возлюбленная…» — это слово пронзило ее сердце. Стыд и боль охватили Кэтлин, и в душе ее не осталось ничего, кроме острой боли, пустоты и отвращения к себе. Эрик утверждал, что любит ее, и она верила ему. Однако, как выяснилось, чувства его не так сильны, чтобы он женился на ней. Эрик сказал, будто купил Бель-Мер для нее, и выражал надежду, что этот дом станет прибежищем для них.