— Многие, — кивнул Мальцев и жестом фокусника открыл свой старый, потертый кейс, — но свечница кладбищенского храма, женщина нестарая, с хорошим зрением, видела сегодня в храме, после утренней службы, вот этого. — Он протянул майору распечатку фотографии Сквозняка.

— Девочка, я же сказал, не надо мне звонить, у меня записан ваш номер, если поступят какие-либо сведения, я сам позвоню, — говорил высокий, раздраженный мужской голос.

— Простите, пожалуйста, может, вы посмотрите, вдруг что-то стало известно за это время? — умоляла Соня.

— За какое время? Вы звонили полчаса назад. Я же сказал, ваша собака в погибших не числится. Это все. Больше пока ничего не известно.

— Простите, — прошептала Соня в трубку, из которой уже раздавались частые гудки.

Сегодня утром Надежда Павловна узнала по справочной телефон службы поиска пропавших животных. Это оказался кооператив с многообещающим названием «Отрада».

Сначала расклеили объявления по соседним дворам, потом Надежда Павловна отправилась на дежурство в поликлинику, а Вера и Соня поехали в Бибирево, где прямо в метро, у закрытого киоска, им назначил встречу агент кооператива. Это оказался большой толстый дядька лет пятидесяти в пятнистом костюме. Вера думала, что агент поведет их в какой-нибудь офис, но он вытащил пухлую папку и разложил гору бумаг прямо на узеньком прилавке киоска.

— Давайте определим масштабы поиска: микрорайон, район, город, область.

— А как лучше? — спросила Соня.

— Лучше, конечно, область, — кивнула Вера. Агент заполнил какую-то графу, опять стал рыться в бумажках.

— Теперь определим сферы поиска. Я буду перечислять, а вы говорите, надо или нет. Итак, помойки.

— Я не знаю, — растерялась Вера, — смотря какие помойки…

— Ладно, — кивнул агент, — лучше оставим. — Он поставил галочку. — Дальше. Корейские рестораны.

— Это еще зачем? — удивилась Соня.

— Отлавливают собак для национальной кухни, — хладнокровно объяснил агент, — оставляем?

— Да, — ответили хором Вера и Соня. — На всякий случай, — добавила Вера чуть слышно.

Потом следовали меховые ателье, где из собак шьют шапки, виварии, Птичий рынок. Напротив каждого пункта агент ставил галочки.

— Теперь давайте посчитаем, сколько у нас получилось. — Он извлек крошечный калькулятор и через минуту сообщил:

— Один миллион семьсот восемьдесят две тысячи сто тридцать два рубля. Можно в долларах, по курсу.

— Но у меня с собой не больше трехсот тысяч, — растерялась Вера.

— Хорошо, — кивнул агент, — давайте триста. Сейчас вам скажу, что можно сделать на такую сумму.

Вера и Соня попрощались с агентом и отправились домой. У Веры в бумажнике не осталось ни копейки денег, только квитанция кооператива «Отрада» и пара жетонов на метро.

Хотя агент и предупредил, что ему звонить не надо, Соня то и дело набирала номер, записанный на квитанции. Каждый раз она слышала одно и то же:

— Никакой информации не поступало. В погибших не числится.

— И на том спасибо, — вздыхала девочка и клала трубку.

Остаток дня Вера просидела за компьютером. Соня погуляла немного, и было слышно через открытое окно, как тоскливый детский голосок кричит во дворе: «Мотя! Мотенька?»

Вечером вернулась с работы Надежда Павловна и, выслушав рассказ о встрече с агентом, развела руками:

— Хорошо, что у тебя с собой оказалось только триста тысяч. Это жулик какой-то, а не агент.

— Мама, но он ведь выдал квитанцию, — возразила Вера, — и телефон его дали в справочной.

— Ладно, — вздохнула Надежда Павловна, — мы все равно больше ничего сделать не можем.

Без Матвея в доме было непривычно тихо. Вера просидела за переводами до трех часов ночи. После полуночи она уже не подходила к телефону, хотя он звонил несколько раз. Она знала, это опять проклятая фирма. Сколько раз сегодня они по очереди с Соней хватали телефонную трубку в надежде, что кто-то нашел Мотю, прочитал объявление…

Засыпая, Вера думала о том, что с каждым днем шансы найти собаку будут убывать. Никогда больше они с мамой никого не заведут. Никогда, ни за что.

Утром она проснулась от радостного Сониного крика:

— Верочка! Вставай! Нашелся! Соня в ночной рубашке стояла над ней с телефоном в руках. Вера взяла трубку.

— Здравствуйте, — сказал низкий мужской голос, — у вас потерялся рыжий ирландский сеттер, кобель?..

— Да, у нас, — еще не веря такому счастью, тихо ответила Вера, — скажите, у него есть на ошейнике бирка с телефонным номером?.. — Она назвала старый номер.