На это ушло много времени, обсидиан был вязок как желе. Несколько раз Тагарт признавался, что находится на грани смерти, но все-таки они с грехом пополам взобрались на вершину скалы.

Там едва хватало места перевести дух и осмотреться.

Их взорам открылась местность до самого горизонта, уходившая в седую, белесую мглу.

Женщины препирались, указывая в разные стороны, но что там их ждут райские кущи верилось с трудом.

В одном направлении сине-зеленые холмы дрожали, будто наполненные маслом пузыри, в другом пролегала темная полоса – не то ущелье, не то река в грязи.

В остальных же направлениях простирались сине-зеленые холмы, напоминавшие уже виденные, но в них чувствовалось какое-то отличие Внизу лежала равнина, сверкающая и переливающаяся, словно крылья глянцевого жука, местами покрытая черными бархатными пятнами и заросшая растениями сомнительного вида.

Они увидели около десятка Организмов, слонявшихся около озер, жевавших побеги растений, маленькие камни или каких-то насекомых.

К ним направлялся Альфа.

Он двигался медленно, внушая трепет своим чудовищным обликом и игнорируя другие Организмы.

Те продолжали играть, но завидев его, останавливались, чувствуя какое-то смущение и неловкость.

С обсидиановой вершины Финн поймал тугую прядь воздушного облака и подтянул ее к себе.

– А теперь вперед. Нас ждут райские кущи. Летим.

– Нет, – воспротивилась Гиза. – Там нет пещер, и вообще, кто знает, вдруг нас занесет куда-нибудь не туда?

– А куда нам нужно? – спросил Финн. – Кто-нибудь знает?

Никто не знал, но женщины все же отказывались лезть на прядь.

Тогда Финн обернулся к Тагарту.

– Давай, старый хрыч, покажи бабам, как это делается. Лезь!

– Нет! – залепетал тот. – Я боюсь высоты, она не для меня.

– Залезай, старик, а мы за тобой!

Сопя и дрожа от страха, глубоко запуская руки в губкообразную массу, Тагарт вскарабкался на облако воздуха, свесив в пустоту свои тощие ноги.

– Ну, – проговорил Финн, – кто следующий?

– Лезь сам, – огрызнулась Гиза.

– И бросить тебя, мою последнюю гарантию от голодной смерти? Давай вперед.

– Нет, это облако слишком мало, пусть старец уплывает на нем один, а мы подождем следующего, побольше.

– Отлично.

Финн разжал руку.

Облако поплыло над равниной, унося Тагарта, изо всех сил цепляющегося за свою драгоценную жизнь.

Они внимательно следили за ним.

– Глядите, – сказал Финн, – как легко и быстро движутся облака над Организмами, над хлябью равнины, над всем этим зыбким и изменчивым миром.

Но воздух оказался таким же ненадежным, как и все прочее, и вскоре плот старика растаял без следа.

Хватаясь за расползавшиеся клочья воздуха, Тагарт попытался удержаться на своей воздушной подушке, но та улетучилась и он полетел вниз.

На вершине горы трое Реликтов наблюдали, как скрюченная фигурка, размахивая руками и ногами, летела все ниже к земле.

– А теперь, с досадой заключила Рик, – мы остались совсем без мяса.

– Совсем, – сказала Гиза, – кроме как разве только Финна.

Вдвоем они бы запросто с ним разделались.

– Эй, поосторожнее! – вскричал Финн, – Я все-таки последний мужчина, а вы – мои женщины и должны повиноваться.

Они его игнорировали, бросая косые взгляды и перешептывались друг с другом.

– Осторожней! – прикрикнул Финн, – Я сброшу вас со скалы.

– Ну как раз это мы тебе и обеспечим, – сказала Гиза.

Они с опаской приближались в зловещем молчании.

– Остановитесь. Я же последний мужчина.

– Нам без тебя хуже не будет.

– Одну секунду. Взгляните на Организмы!

Женщины посмотрели вниз.

Организмы собрались кучкой, глядя в небо.

– Взгляните вверх!

Женщины посмотрели.

Молочное стекло лопнуло, рассыпалось, завернулось по краям.

– Голубое. Небо голубое, как прежде!

Опалив глаза, ударил ослепительно яркий свет.

– Солнце, – проговорили они трепещущими голосами, – на Землю вернулось Солнце.