Так бывает.

Так случилось и теперь...

Счастливый, безотчетный импульс на секунду поглотил для него все остальное: и кто он, и куда едет, и зачем...

Он сидел, по-мальчишески глупо-взволнованный, и с тихим блаженством смотрел перед собой, ощущая, как все внутри начинает неожиданно вибрировать - сладостно, настойчиво, нетерпеливо...

Тогда он вдруг стремительно привстал, едва не стукнувшись затылком в низкий потолок, и, празднично топорща бороду, призывно замахал рукой: мол, двигайтесь сюда, вот здесь как раз местечко, я для вас его припас!..

Ах, каким галантным кавалером ощущал он в этот миг себя, каким неотразимым светским львом!..

И мысли даже не было, что девушка, вполне возможно, через пять минут сойдет - и все его старания напрасны...

Его сейчас буквально распирало неуемное желание быть с кем-то ласково-вальяжным, полностью раскрепощенным и в ответ - восторженно ценимым, страстное желанье искренне любезничать, ухаживать и даже соблазнять, уж коль на то пошло, - как говорят, не дела, не заботы ради, но во исполнение возвышенной идеи!..

— Не помешаю?

— Нет, ну что вы!

Автобус подпрыгнул, и она плюхнулась рядом, сказала громкое "ой!", задев его сумкой, и тотчас же заулыбалась - приветливо, как старому знакомому.

Он рассмеялся и пригладил бороду.

— Ах, до чего же милая соседка мне попалась! Здравствуйте!
– сказал он тоном, будто простился со своей новой спутницей только вчера.
– Ну. и как?

— Отлично. Добрый день! С приездом! Вы, наверное, к нам - в санаторий?

— И на полный срок, как говорят. А вы. имеете какое-нибудь отношение?

— Я там работаю. Медсестрой. А живу здесь, недалеко. Может, вы заметили - такой большой, двухэтажный дом. Отсюда удобно ездить.

— Нет, - качнул он головой, - ничего я не заметил. Но это не играет роли.

— Я так тоже думаю. Ведь если все-все видеть да еще запоминать. Тогда и санаторий не понадобится.

— Хм.
– подивился он своеобразной логике своей прелестной спутницы, однако предпочел не уточнять деталей.
– Может, вы и правы.

— А я редко ошибаюсь, - чуть нахально заявила девушка и весело взглянула на него.
– Но если вы сюда приехали, то, значит.

— Я здоров, как бык, - не дал договорить ей Невский.
– И попал сюда. ну, в общем-то случайно. Горела путевка - и мне вдруг предложили. А я не возражал. Какая разница, в конце концов, где отдыхать?!

— Нет, разница, пожалуй, есть. Но у нас здесь очень хорошо! мгновенно спохватилась девушка.
– Красиво, просторно, сытно кормят. Думаю, вы будете довольны. Разве только контингент. не слишком молодой.

— А вы?
– елейно-вкрадчиво заметил Невский.

— Я тут на работе.

— И отлично! Значит, будем общаться каждый день?

— О!..
– засмеялась она, и в этом смехе не было ни "да", ни "нет" лишь безотчетное упоение и этим солнечным днем, и этой дорогой, и попутчиком, и собой.
– Ведь вам. не постельный же режим определят!..

На мгновенье он было смутился от внезапной двусмысленности фразы, но ощущение бездумной, праздничной легкости овладело им окончательно.

— Надеюсь, - откликнулся он ей в тон.
– Надо полагать. И вообще, давайте познакомимся. Или - на месте, когда потребуют путевку?

— О!..
– снова засмеялась она.
– Ну, зачем вы так?
– И, церемонно протянув узкую загорелую ладошку, с улыбкой отрекомендовалась: - Лида. Лидия Степановна. Но это - не обязательно. Так только старички меня зовут.

— Мм, старички.
– курлыкнул он.
– Михаил Викторович Невский, - с важным видом поклонился он в ответ.
– Хотя можно и просто - Миша. Я нисколько не обижусь. Вам мои ноги не мешают?

— Нет, не волнуйтесь, - простодушно отозвалась Лида.

— А то, знаете, у меня рост такой.
– с таинственно-глубокомысленным видом поведал он.
– Чудовищный! И ноги длинные, как жерди. Всем мешают. Даже мне. Особенно, когда хожу. Диваны тоже маловаты. Так вот и сижу - все дни и ночи. И никто не пожалеет. Представляете?

— Серьезно?
– жалостливо удивилась его спутница.

Но тут автобус вновь отчаянно тряхнуло, и Невский беспомощно клюнул носом в сумку медсестры.

Лидочку эта его нечаянность развеселила необыкновенно.

— Вы, наверно, из Москвы?
– спросила она, прекратив наконец смеяться.

— Ага, из Москвы. А что, москвичи всегда - такие?
– поинтересовался он, ужасаясь собственной пошлости. Но остановиться уже не мог - его вдруг понесло.
– Пойдемте сегодня на танцы! У вас ведь есть танцы, правда?