Архангел

– Кри­чи. Объ­яс­нишь со­труд­ни­кам пра­во­по­ряд­ка, по­че­му у те­бя под­дель­ные до­ку­мен­ты. Вклю­чая, сви­де­тель­ст­во о ро­ж­де­ние ре­бён­ка. Они те­бя обес­пе­чат транс­пор­том и до­мом, дво­еч­ку впая­ют за под­лог.
  – Се­рё­жу от­пус­ти, он не ви­но­ват, – с тос­кой про­шу я и не­про­из­воль­но по­во­ра­чи­ваю го­ло­ву в сто­ро­ну, где ра­нее рас­по­ла­гал­ся друг. – Что? – вы­кри­ки­ваю я и бег­ло ос­мат­ри­ваю зда­ние, от­ча­ян­но ища гла­за­ми Во­робь­ё­ва.
  Без осо­бо­го же­ла­ния раз­во­ра­чи­ва­юсь всем те­лом, к Ар­хан­гель­ско­му.
  – За друж­ка сво­его пе­ре­жи­ва­ешь? Пре­да­те­ля за­щи­ща­ешь. Силь­но, – пре­зри­тель­но про­из­нёс Ар­хан­гел.
  – Он не пре­да­тель. Се­рё­жа бу­дет по­ве­шен за пре­дан­ность, не­же­ли за пре­да­тель­ст­во, – ре­ши­тель­но без ка­п­ли со­мне­ния, воз­ра­зи­ла я.
  – Прав­да, а как ты объ­яс­нишь, что я так бы­ст­ро об­на­ру­жил твоё ме­сто­на­хо­ж­де­ние. Или, мо­жет, ты ещё ко­му-то, со­об­щи­ла, что при­бы­ва­ешь в стра­ну? – на­стаи­вал Ар­хан­гел, уси­ли­вая моё не­до­ве­рие.
 

– Кричи, – эмоционально заявляет он и переводит, на меня взгляд, которой опять наполнился ненавистью и гневом. – Объяснишь сотрудникам правопорядка, почему у тебя поддельные документы. Включая, свидетельство о рождение ребёнка. Они тебя обеспечат транспортом и домом, двоечку впаяют за подлог.

Архангел красочно описывает мои перспективы, что заставляет меня ещё более интенсивнее дышать, жадного поглощать воздух. Мозг лихорадочно ищет пути решения, но никаких верных предложений выдать мне не может.

– Серёжу отпусти, он не виноват, – с тоской прошу я и непроизвольно поворачиваю голову в сторону, где ранее располагался друг.

– Что? – выкрикиваю я и бегло осматриваю здание, отчаянно ища глазами Воробьёва.

Без особого желания разворачиваюсь всем телом, к Архангельскому. – За дружка своего переживаешь? – поднимаю голову и вижу наглую ухмылку на лице Архангельского. Ловлю себя на мысли, что он весьма привлекательный мужчина, харизматичный и обаятельный. Высокого роста, стройный, при этом его фигура достаточно крупная, массивные, широкие плечи, накаченные руки, от него исходила сильная мужская аура. Я перевела взгляд на руки и осознала, что крепкие, сильные, изящные, призванные защищать и оберегать. Но вместо этого он использует свой потенциал на совершение кровавых дел. Его внешность противоречит внутреннему миру, который находится во мраке, душа этого человека погрязла в разврате, сердце ожесточилось, а мышление стало настолько хладнокровным, что не способно принять или даже допустить мысли о милосердие.

– Предателя защищаешь. Сильно, – презрительно произнёс Архангел.

– Он не предатель. Серёжа будет повешен за преданность, нежели за предательство, – решительно без капли сомнения, возразила я. У самой же появилось подозрительность. Моё эмоциональное состояние давало негативную оценку происходящим событиям, в особенности другу.

– Правда, а как ты объяснишь, что я так быстро обнаружил твоё местонахождение. Или, может, ты ещё кому-то, сообщила, что прибываешь в страну? – настаивал Архангел, усиливая моё недоверие.

– Дорогая, передай мне малыша, – послышался нежный голос за спиной, и я почувствовала, что на моё плечо опустилась тёплая рука. – Не совершай необдуманных поступков. Никто не причинит тебе вреда и уж тем более красавице-дочке.

Плавно повернула голову и увидела Ангелину, которая гладила моё плечо, пытаясь успокоить меня.

– Ребёнка передай Ангелине, быстро, – глухо прорычал Архангел и расставил руки по бокам, как бы невзначай отодвигая распахнутую куртку.

Наклонила голову и увидела на теле мужчины кобуру. Непроизвольно сделала несколько шагов назад, наткнувшись на чемодан.

– Не надо. Делай, как говорят, и мы обойдёмся…,– Ангелина резко замолкает и встревоженно оглядывает Архангела.

– Без лишних жертв, – мгновенно заканчивает фразу Архангельский и кивком головы указывает Ангелине, чтобы она забрала ребёнка.

– Ты как с оружием прошёл на территорию аэропорта? – свирепо зашипела я.– Окончательно рассудка лишился, решил пристрелить меня в общественном месте?

– Не говори глупостей, – растерянно защебетала Ангелина, – это вынужденные меры защиты.

– Я не отдам ребёнка, – безапелляционно заявила я.– Пусть Серёжа вернуться к нам, и мы спокойно уедим. Потом, когда я встречусь с Настей, обещаю, я поговорю с тобой, Алексей.

– Ты что, кукла, условия решила выдвигать. Обернись, Наташа, ты не в том положение, чтобы диктовать условия, – с чувством превосходства провозгласил Архангельский.

– Умоляю, Наташа, отдай ребёнка и прояви смирение, – прошептала Ангелина и протянула руки.

Одобрительно покачала головой, Ангелине я доверяла безоговорочно, она единственный человек, который помог в трудную минуту, ничего не прося взамен.