Вечно голодный студент 7
Но судьба отбросила карты и поставила перед ним шахматную доску.
Впереди только Дичь, в которой каждый куст имеет гастрономические планы на его счёт. Твари здесь проделали самобытный и неповторимый эволюционный путь - не стоит ждать от них хоть чего-то хорошего.
Патроны кончаются, союзники редки, а еда, как и прежде, мера всему. Правила остались неизменными: выживет только сильнейший. Но пора брать ответственность не только за себя, а ещё и за горстку тех, кто продолжает идти рядом.
Добро пожаловать на неизведанную сторону ада, сладенький пирожочек.
Здесь даже эхо звучит голодно.
Глава первая
Нежданный пассажир
*Российская Федерация, Республика Калмыкия, близ посёлка Бурового, 14 декабря 2027 года*
— По полям, по полям… — бормотал я, мчась параллельно железнодорожному полотну. — Опа!
Справа по курсу появилась насквозь проржавевшая «Нива», с деформированным капотом. Я такое встречаю слишком часто — похоже, что это последствия столкновения машины с каким-то крупным зверем.
Подхожу поближе, чтобы посмотреть, есть ли тут чем поживиться…
Крыша «Нивы» изорвана когтями, как и всё внутреннее пространство. Кости пассажиров и водителя разбросаны вокруг, а на сиденьях и торпеде разлита и разбрызгана давным-давно засохшая кровь.
Дальше, метрах в шестидесяти, лежат людские пожитки — чемоданы и сумки, никем не тронутые, но потерявшие товарный вид под действием природы.
— Вот оно… — нащупал я в снегу цевьё автомата. — О, ублюдок!
АКС-74У в плачевном состоянии, потому что, как я понимаю, лежал тут, обливаемый всеми дождями и покрываемый всеми снегами.
Извлекаю из него магазин и выщёлкиваю один патрон — ну, состояние приемлемое, потому что затвор был закрыт наглухо и внутрь ствольной коробки практически ничего не попадало.
Патрон в стволе, поэтому я отвожу затвор и извлекаю и его.
Ну, быстрая оценка состояния оружия показала, что заводское воронение не выдержало и ублюдок успешно начал гнить, с формированием небольших каверн. Ничего неустранимого, а ударно-спусковой механизм и затворная группа вообще практически в масле, поэтому с ними нихрена не случилось.
«Ублюдок — это мелочь, а приятно…» — подумал я, прикрепляя автомат к снятому со спины рюкзаку. — «Надо поскрипеть тут снегом и поискать ещё что-нибудь. Эти беженцы точно не с пустыми руками уезжали».
Обследование места старой драмы обогатило меня на насквозь проржавевший ПМ, а также на сломанный пополам АК-74. Их я даже брать не стал — слишком уж малоценно.
Картина происшествия, в принципе, понятная — группа выживших пыталась съебаться от накинувшегося на неё зверя, отстреливалась от него из окон «Нивы», но тщетно.
«Но они же не просто так ехали — они ехали откуда-то…» — задумался я. — «Да, не могли они просто по-тупому гнать вдоль железнодорожного полотна, по пересечёнке, как по автобану…»
Переключаюсь в поляризационный режим и пытаюсь рассмотреть хоть какие-то признаки следов от автомобиля. Есть незначительная просадка снега в виде колеи, идущей от колёс «Нивы» — похоже, что эта трагическая история произошла в тёплое время года, возможно, весной или поздним летом.
Двигаюсь по колее, и она ведёт меня не вдоль железки, как я ожидал, а куда-то на юго-запад.
В конце концов, этот скрытый маршрут привёл меня к настоящему туристическому лагерю.
Кто-то пытался выживать здесь — в очень хорошем месте, в естественном треугольном углублении в рощице.
Здесь четыре серьёзные палатки, но не те дешёвки, которые можно купить в любом магазике «Охота и рыбалка» или просто «Рыбалка», а нечто монументальное — две экспедиционные палатки минимум на шесть-восемь спальных мест, один шатёр, а также полевая кухня со своим навесом.
Почти все палатки уже завалились под действием времени, но полевая кухня держится достойно.
Судя по выглядывающим из-под снега человеческим костям, тут уже никто не живёт, но я, на всякий случай, осматриваю окрестности в комбинированном режиме.
Ни одной живой души.
Внимательно смотрю под ноги, чтобы не оторвало нахрен растяжкой или противопехотной миной, и неспешно захожу в разорённый кемпинг, чтобы посмотреть, что тут есть интересного.
Звери, уничтожившие выживших, разорвали стенки экспедиционных палаток, чтобы добраться до пытающихся спрятаться в них людей, а затем, когда всё было кончено, изорвали в клочья туристические рюкзаки, кровати и одежду. Видимо, от них слишком сильно воняло людьми…
— Опа… — издал я, коснувшись ногой АК-12. — А это интересно…
Состояние такое себе, конечно же, потому что он лежал под открытым калмыкским небом, что плохо сказывается даже на автомобилях, не говоря уж о таких капризных вещах, как оружие.
И всё же, это боевое оружие, с двумя оставшимися патронами в магазине и толстым слоем нагара в стволе. Пользователь обнаружился прямо рядом с автоматом.
«Похоже, что никому даже в голову не приходила идея, чтобы специально сюда приехать и искать что-то», — подумал я, рассмотрев не тронутый человеком лагерь. — «Возможно, я первый».