Несколько раз от ударов клюва вороны крыса падала в воду, и опять взбиралась на свою развилочку, и опять падала. И вот совсем было уже удалось вороне схватить свою жертву, но крыса не желала стать жертвой вороны.

Собрав последние силы, так ущипнула ворону, что из неё пух полетел, и так сильно, будто её дробью хватили. Ворона даже чуть не упала в воду и только с трудом справилась, ошалелая села на своё дерево и стала усердно оправлять свои перья, по-своему залечивать раны. Время от времени от боли своей, вспоминая о крысе, она оглядывалась на неё с таким видом, словно сама себя спрашивала: «Что это за крыса такая? Будто так никогда со мной и не бывало!»

Между тем водяная крыса после счастливого своего удара вовсе даже и забыла думать о вороне. Она стала навастривать бисерок своих глазок на желанный наш берег.

Срезав себе веточку, она взяла её передними лапками, как руками, и зубами стала грызть, а руками повёртывать. Так она обглодала дочиста всю веточку и бросила её в воду. Новую же срезанную веточку она не стала глодать, а прямо с ней спустилась вниз и поплыла и потащила веточку на буксире. Всё это видела, конечно, хищная ворона и провожала храбрую крысу до самого нашего берега.

Однажды мы сидели у берега и наблюдали, как из воды выходили землеройки, полёвки, водяные крысы, и норки, и заюшки, и горностаюшки, и белки тоже сразу большой массой приплыли и все до одной держали хвостики вверх.

Каждую зверушку мы, как хозяева острова, встречали, принимали с родственным вниманием и, поглядев, пропускали бежать в то место, где полагается жить её породе. Но напрасно мы думали, что знаем всех наших гостей. Новое знакомство началось словами Зиночки.

— Поглядите, — сказала она, — что же это делается с нашими утками!

Эти наши утки выведены от диких, и мы возили их для охоты: утки кричат и подманивают диких селезней на выстрел.

Глянули на этих уток и видим, что они отчего-то стали много темнее и, главное, много толще.

— Отчего это? — стали мы гадать, додумываться.

И пошли за ответом на загадку к самим уткам. Тогда оказалось, что для бесчисленного множества плывущих по воде в поисках спасения паучков, букашек и всяких насекомых наши утки были двумя островами, желанной сушей.

Они взбирались на плавающих уток в полной уверенности, что наконец-то достигли надёжного пристанища и опасное странствование их по водам кончено. И так их было много, что утки наши толстели и толстели заметно у нас на глазах.

Так наш берег стал островом спасения для всех зверей — больших и маленьких.

Справочное бюро

Что такое разлив?

Весной накопившийся за зиму снег начинает таять, реки переполняются водой, их уровень поднимается на несколько метров — происходит весеннее половодье. Реки выходят из берегов и заливают окрестные луга (поймы) с растущими на них кустами и деревьями — это и есть разлив. Когда вода уходит обратно в русло, на лугах остаётся много влаги и принесённого ила, поэтому пойменные луга самые плодородные.

Кто такие гуси-гуменники?

Гуменник — один из обычных видов диких гусей. Летом он гнездится в северных лесах и тундре, зимует на южных морских побережьях. Как и другие дикие гуси, гуменник не особенно привязан к воде: на водоёмах гнездится и ночует, а питается травой на лугах. Там растёт и потомство: при опасности гусята замирают в траве или укрываются в кустах.

Что за зверь водяная крыса? Она родственник обычной крысы?

Водяная крыса, по научной классификации, — это вовсе не крыса, а полёвка, «крысой» же её в народе зовут за довольно крупные размеры и длинный, почти голый хвост. Она селится рядом с водоёмами и хорошо плавает. Этот грызун роет норы в берегу, ночью пасётся в воде, на прибрежных лугах и полях. Если её очень много, она вредит огородам.

Водяная полёвка

Кто такие землеройки?

Землеройки — мелкие длиннохвостые зверьки тёмно-бурого цвета. Они живут в подземных норах, которые роют кроты и мыши, поэтому их трудно увидеть. Питаются червями, жуками и их личинками, отыскивая с помощью очень чутьистого носа. Ест землеройка всё время, когда не спит: за сутки может съесть почти столько же, сколько весит сама.

Землеройка

Почему они держали хвосты вверх?