Глайдер загудел, вздрогнул и приподнялся над полом. Он медленно направился к открытым воротам и плавно выплыл из них, после чего начал быстро набирать скорость.

— Вы направляетесь в район «Блок-12», — любезно сообщил механический женский голос. — Задействован протокол экстренной эвакуации. Если хотите изменить маршрут, выберите отмену текущего протокола.

Ничего подобного я, конечно, делать не собирался. Тем более, что даже не представлял, как. Так что мне оставалось лишь наслаждаться полётом. Хотя наслаждаться — громко сказано.

Внизу мелькали силуэты домов, некоторые пестрели горящими окнами, кое-где пролегали светящиеся полосы — улицы с фонарями. В целом же, мегаполис выглядел как тёмное неровное пятно. Сверху же простирался необъятный космос, полный крошечных белых звёзд, среди которых сиротливо, но гордо висела большая бледная луна, окаймлённая золотистой дымкой. Кратеры на ней виднелись с удивительной чёткостью, отчего казалось, будто она находится совсем близко и наклеена на невидимый в темноте стенд, а вовсе не плывёт в бескрайнем ледяном пространстве, где есть место лишь лучам, пыли и смерти.

Интересно, какие сюрпризы поджидали впереди — там, куда эвакуировал меня глайдер?

Я приземлился во дворе заброшенного дома. Метрах в пяти справа виднелся ещё один глайдер, пустой, с поднятым стеклом кабины. На нём, очевидно, эвакуировалась та, которую упустили спецназовцы. Я подозревал, что она была как раз той сотрудницей лаборатории, которая потребовала перелить мне особую кровь.

Жаль, её не грохнули вместе со всеми. Мысль, что кто-то из причастных к моим мучениям выжил, была невыносима. Впрочем, возможно, я до неё ещё доберусь. Если ранена, то далеко уйти не могла.

Я огляделся. Вокруг торчали сплошные развалины. Чёрные глазницы руин, походивших на расколотые и сваленные в кучу огромные черепа, вышки связи, оборванные провода, раскачиваемые ветром. Свет шёл только от луны, висевшей над крышами бельмом великана, — фонарей здесь не наблюдалось. Вместо них всё заливала, как написал кто-то из древних, неуютная жидкая лунность. «Блок 12» был районом, далёким от центра. Логично: куда ещё эвакуироваться?

Кабина открылась, и в лицо повеяло неописуемым, но легко узнаваемым запахом пустыря. Выбравшись из глайдера, я осмотрелся. Холодно! Куда идти? Вокруг виднелась лишь слегка разбавленная лунным сиянием тьма. Что ж, я большой мальчик, в незнакомом городе не растеряюсь.

Хотя силуэты руин выглядели непривлекательно, я торопливо зашагал в сторону ближайшего дома. Он обретал чёткость по мере моего приближения. Покосившиеся вывески с огромными выцветшими буквами, опрокинутые киоски, усыпанные битыми стёклами и исписанные непристойностями, искорёженные машины, на которых словно черти танцевали во время шабаша… Да, райончик попался не из элитных. И это ещё мягко сказано. Следовало выбраться из него поскорее.

Глайдер был запрограммирован на случай срочной эвакуации. Это место было внесено в его бортовой компьютер. Значит, здесь мне должны помочь. Но я не видел спешащих навстречу мулаток в пальмовых юбочках и с гирляндами орхидей в руках. Впрочем, доктора я бы встретил с куда большей радостью. Нормального доктора, естественно.

Но всё вокруг производило впечатление безжизненной свалки. Даже воронья и крыс не было, хотя пейзаж прямо-таки требовал их присутствия. Так что с надеждой встретить доброго айболита стоило сразу распрощаться. Ничего, выкрутимся. Найдём аптеку или госпиталь.

Боковым зрением я заметил слева какое-то движение. Тёмная масса спускалась по стене дома, шевелясь, будто здоровенный ворох переплетшихся веток. Я ускорил шаги, но нечто спрыгнуло, пружинисто приземлившись в дюжине метров от меня. Раздался тихий стрёкот, словно в траве проснулись кузнечики, а затем воздух огласился пронзительным верещанием, от которого кровь, что называется, стынет в жилах!

Господи, да что это за мир вообще такой?! Почему меня угораздило сюда попасть?

Тёмное нечто начало распрямляться, поднимаясь надо мной всё выше. Раскинулись длинные суставчатые руки, заканчивавшиеся тонкими когтистыми пальцами. Они растопырились, будто ветки тополя, и медленно шевелились, щёлкая суставами.

Я увидел маленькую голову, засевшую между могучими плечами, покрытыми короткими, толстыми шипами. Нос отсутствовал, зато рот, раскрывшись, превратился в широкую чёрную щель, наполненную острыми, как у мурены, зубами! Глаз же не было — вместо них торчали две выпуклые шишки.

Но самое удивительное, что ниже, на уровне солнечного сплетения, через миг показалось ещё одно лицо. Оно высунулось из раздвинувшихся жёстких пластин — словно улитка между створками огромной устричной раковины. Бледная кожа, обтягивающая странной формы череп, жуткая пасть, никакой растительности и четыре белых, лишённых радужек глаза — вот, что приковало моё внимание и заставило попятиться.

Но я тут же взял себя в руки. Бояться нельзя! Ещё самураи говорили, что страх — главный враг воина.Надо действовать, а не паниковать и не замирать, будто кролик перед удавом! И я это умел. Меня учили, да и позже опыта хватало.