Убить свидетельницу? Да, это было бы логично. Но я ещё не настолько стал упырём. И очень надеялся, что вернусь в свой мир прежде, чем дойду до подобного цинизма.

— Уходи! — проговорил я. — Моя работа выполнена.

Анна смотрела на меня несколько секунд, а затем медленно направилась к выходу. Словно не верила, что я отпущу её, и ждала удара в спину.

У самого люка она обернулась.

— В «Красной заводи» больше не появляйся. Не знаю, зачем ты охотишься на своих, но это не делает тебя человеком. Ты — такой же монстр, как и они! Возможно, сейчас ты заплутал в лабиринте, но однажды поймёшь, что твоя сущность…

Анна не договорила. Она ушла, и я видел на экране, как она пересекла зал и исчезла в кабине лифта.

Что ж, в каком-то смысле девушка была права: я — монстр, как по мнению людей, так и вампиров. Но это неважно. Пусть думают, что хотят. Главное — не превратиться в чудовище на самом деле.

Я решил, что пора сваливать, и направился к люку, но на полпути моё внимание привлёк индикатор в нижнем углу экрана, который я не заметил раньше.

«Прямая трансляция» — вот что там было написано.

Чёрт! Кримхильда куда-то передавала съёмку нашей схватки! Нетрудно предположить, куда именно. Почти наверняка видео получила база её клана! Теперь нибелунги знают, кто я и как выгляжу. Они отправят на мои поиски своих лучших бойцов и вдобавок наверняка сделают заказ охотникам на вампиров. Через подставное лицо, разумеется. Благодаря «Кровным братьям» человеческих посредников у кровососов предостаточно. Теперь я изгой везде! Вдобавок скоро рассвет.

Пожалуй, самое время отправиться к Тристану и спрятаться там на день. А главное — пора убираться из башни, пока не нагрянули перевозбуждённые полученным видео нибелунги!

Выйдя из комнаты, я приказал Барсику следовать за мной. Мутант недовольно заворчал из-за того, что его оторвали от трапезы, но послушно зашагал, прихрамывая, мотая косматой головой и охаживая себя по бёдрам хвостом. Зверь был тяжело ранен, шерсть местами блестела от крови, а кое-где её покрывала уже засохшая корка. Придётся где-то подлатать его. Если подобных чудищ вообще лечат.

Мы погрузились в лифт и начали спуск.

Интересно, заложит ли меня Анна. Денежек за её спасение мне, во всяком случае, не видать: теперь я не могу прийти в «Красную заводь» и потребовать причитающийся за её спасение гонорар. Чёрт! Как жаль! Бабки мне пригодились бы. К тому же, выходило, что я зря потратил время. Ещё и самому себе подгадил.

Ну, да ладно, чего уж теперь. Сделанного не воротишь.

Мы с мутантом вышли из лифта и направились к двери, ведущей на улицу. Трупы лестригонов уже облепили мухи и какие-то светящиеся насекомые — наверное, некрофаги. Слышалось низкое злобное жужжание. Город пожирал сам себя постоянно, пользуясь каждым удобным случаем. По сути, Илион представлял собой огромных ветхий склеп, постепенно разрушающийся, но ещё могущий сойти издалека за нечто живописное, в духе Эдгара Алана По. В общем-то, и города-призраки, давно брошенные жителями, с расстояния не отличимы от обитаемых.

Интересно, куда делась Анна? Впрочем, у неё наверняка где-то поблизости была припаркована машина, на которой она приехала убивать Кримхильду. Так что за девчонку можно не беспокоиться.

Выйдя на улицу, мы с Барсиком двинулись к фургону, стоявшему перед противотанковыми ежами. В темноте он выглядел маленьким и жалким, словно забытая во дворе игрушка. При нашем появлении в стороны брызнули какие-то птицы, а может, и крупные насекомые, успевшие облепить лобовое стекло. Раздался сухой стрёкот и хлопанье жёстких, кожистых крыльев.

Мутант забрался в кузов. Туда же я положил трофейный генератор и ненужную больше голову Кримхильды. По идее, её следовало выкинуть, но мало ли. Вдруг Анна из чувства благодарности за спасение всё-таки не выдаст меня? Хотя смешно, конечно!

Я сел на место водителя. Было слышно, как мутант мечется по тесному пространству, царапая когтями металлический пол. Ему здорово досталось в этой стычке. Придётся лечить.

Выбрав в навигаторе адрес Тристана, я завёл мотор и развернул фургон.

Проезжая по ночному Илиону, я старался глядеть по сторонам, чтобы постепенно запоминать планировку, но город был очень большой и мог похвастаться одновременно разнообразными и похожими пейзажами, так что ориентироваться в нём без навигатора было пока невозможно.

Настроение было отвратительное. Да, я выручил Анну, но при этом спалился и ей, и куче упырей. Вдобавок не получил денег и потерял робота-разведчика.

Мир вокруг казался особенно мерзким. Небо выглядело посветлевшим, луна скрылась за домами, звёзды почти исчезли. Видимо, скоро должен был наступить рассвет. Для меня он означал не пробуждение природы, как у поэтов, и не начало нового, полного забот дня, как для любого обычного человека, а смерть.