— Нет, я проявил дальновидность, — император вдруг весело мне подмигнул. — Николай, расскажи о своих планах на будущее. Ты ведь без дела не сидишь.

Естественно, я не собирался выдавать ничего такого. Да царь, вероятно, и не ждал откровений. Так что я начал не торопясь рассказывать о текущих проектах. Они секретом, в общем-то, не были. Правда, не все. О некоторых, вроде разработок компьютерного отдела, умолчал. Там и похвастаться, к сожалению, было особо нечем. Когда я заходил к парням в последний раз, они пытались воспроизвести устройство смартфона в увеличенном масштабе. Я только головой покачал, глядя на схему величиной метр на полтора. Подобными темпами мы не один год будем разбираться, что да как.

Царская семья слушала внимательно, иногда мне задавались вопросы, но, кажется, у меня не пытались ничего выпытать. По сути, всем было интересно, как я себя веду. Кажется, мне удавалось справляться неплохо. Особенно с провокационными вопросами, которые поделили между собой царица и старшая дочь. В самые неожиданные моменты они делали выпады и внимательно следили за тем, как я отреагирую.

Наконец, принесли чай, кофе, торт и пирожные. Девчонки заметно оживились. Видимо, нечасто их баловали во дворце сладостями.

После того, как большая часть угощения была уничтожена, Его Величество предложил перейти в гостиную и послушать, как Катя играет на рояле. Никто не возражал и не ломался. Видимо, распорядок встречи со мной был обговорен и утверждён заранее.

Девушка довольно прилично сыграла Баха. Не так совершенно, как делала это моя мать, но для её возраста действительно прилично.

— А вы, маркиз, играете? — спросила вдруг Елизавета.

— Вряд ли, дорогая, — улыбнулась её мать. — Полагаю, Николая больше учили сражаться. Верно?

— Я давно не практиковался, но могу попробовать, если вам угодно, — ответил я.

— О, так всё-таки, играете! Тогда прошу.

Катя уступила мне место, но отходить не стала: опёрлась локтем о рояль и застыла в ожидании.

— Многого не ждите, — сказал я, проводя кончиками пальцев по костяным клавишам.

И начал играть Бетховена. К моему удивлению, подсознание быстро «вспомнило» мелодию. Я ошибся всего трижды и один раз замешкался, подбирая нужную ноту.

— Совсем недурно! — захлопала Елизавета, когда я закончил. — Не правда ли?

— Хорошо, — кивнула царица. — У вас есть чувство мелодии. Вам удалось передать настроение. Это иногда важнее всего прочего. Но давайте прогуляемся. Нельзя же после еды только сидеть.

— Да-да! — встрепенулся Его Величество. — В сад!

Я думал, мы отправимся туда, где уже были с императором, но оказалось, что променад намечен в большом дворцовом парке.

— Прошу прощения, мне нужно идти, — заявила вдруг Елизавета, когда мы почти добрались до него. — Я должна принять представительниц благотворительных фондов.

С этими словами она попрощалась со мной и быстро удалилась.

Смысл маневра стал ясен, как только мы двинулись по аллее: императорская чета вышла вперёд, а Катя взяла меня под руку. Мы шагали медленно и очень быстро отстали.

— Итак, маркиз, — проговорила девушка негромко, слегка сжав пальцами мой локоть. — Поговорим открыто. Раз уж нам суждено стать мужем и женой. Ответьте честно: зачем вам жениться на царевне?

Прошла почти неделя с тех пор, как я посетил ужин у Его Величества. За это время аналитический отдел предоставил полные отчёты по ситуации на рынке продуктов, а также сделал сметы на фабрики, фермы и заводы по производству мяса. Вот только бычков и коров предстояло у кого-то купить, спарить и ждать, пока они дадут потомство. И я вовсе не был уверен, что мне захотят их продавать. Как и прочую живность. Кому охота плодить конкурентов? Ну, или взамен попросят что-нибудь, с чем расстаться я не буду готов. Впрочем, если разменной монетой станут военные контракты, то ради Бога. Благо, мне было, что предложить. Например, дальнобойную артиллерию с новой оптической системой наведения. Прошедшей испытания и успешно доведённой до ума. Я распорядился запускать пушки в производство. А заодно поработать над новинкой — управляемыми бомбами. Правда, для них требовались самолёты. Но они в городе имелись. Оставалось только закупиться. Это я поручил Андроновой и Антону. Тем более, всё равно они пара. Пусть потрудятся вместе на общее благо. Может, наконец, поженятся. Хотя тут, наверное, всё зависело от генерала. Вряд ли управляющий имел в семейных делах решающее право голоса.

Куда больше меня интересовали перевозки. И на этом поприще кое-что сделать удалось. А именно — раздобыть график прибытий охотничьих караванов. Правда, в котором окажется груз пыльцы, было неизвестно, но я делал ставку на тот, который повезёт туши больших животных типа гранзубров. Так что за городской стеной дежурили мои беспилотники — следили за тем, какой караван возвращается из Пустоши. Также я держал возле ворот своего удела группы быстрого реагирования. Без опознавательных знаков, разумеется. Плохо было, что им придётся делать крюк, чтобы не спалить, откуда они выехали и куда вернулись. Но времени на маневр должно было хватить. Кроме того, я распорядился специально для этой операции подготовить три боевых вертолёта. Тоже без эмблем, само собой. Я вовсе не хотел, чтобы у кого-то появились основания предъявить мне обвинения в нападении на караван.

И вот, наконец, в середине дня раздался долгожданный звонок из отдела разведки.

— Ваше Сиятельство, — услышал я слегка напряжённый голос Свечкина. — Караван появился в четырёх километрах от города! Везут туши. Допускаю, что груз находится там.

— Вас понял, Юрий Михайлович. Благодарю.

Отключившись, я тут же экстренно связался со штабом. Трубку взяла Андронова.

— Да, господин маркиз?

— Активировать протокол «Шкуры».

— Вас поняла.

— Ждите меня у ворот. Я выезжаю.