— Хм… Ну, да. Конечно. В тех условиях, в которых существует город, выращивание и выведение… Боюсь, я вас не совсем понимаю, Ваше Сиятельство.

— С удовольствием поясню. У меня много земли. И её нужно осваивать. Собственно, это даже одно из условий обладания ею. Империя не может позволить себе иметь не используемые территории. И на каждого землевладельца, во всяком случае, крупного, вроде меня и других представителей аристократии, возлагается обязанность вести на своих уделах эффективную деятельность.

Сенцов понимающе кивнул.

— Так вы хотите начать производить продукты?

— Совершенно верно. И в приличных объёмах.

— Однако каждый клан уже имеет… фермы и прочее.

— Разумеется. Но ведь спрос имеется.

— Да, это верно. Просто… не пойдёт ли ваше намерение вразрез с вашими…

— С членами Зелёного клана, которые этим уже занимаются?

— Именно, Ваше Сиятельство. Или вы уже заручились их… поддержкой?

— Вы хотели сказать — согласием.

Босс кивнул.

— В общем, да. Ведь это конкуренция.

— Не думаю, что мне нужно чьё-либо согласие, по правде говоря. Но я понимаю, что вы имеете в виду. Могут начать вставлять палки в колёса. Негласно.

— Вы весьма проницательны, Ваше Сиятельство.

— Перестаньте. Это очевидно, и не нужно много ума, чтобы понимать, что конкуренты будут недовольны. Даже если они в твоём клане. Но у меня амбиции куда более обширны, чем производство продуктов для своих, так сказать. Я собираюсь выйти на общий рынок.

— Это будет непросто. Не скажу, что сильно в этом разбираюсь, но даже сейчас производители борются за покупателя. Казалось бы странно: в условиях, в которых мы существуем, сметать с полок должны всё, но дело в том, что люди всё время хотят лучшего. Так что поле для конкуренции имеется. Я, конечно, говорю не о дешёвых товарах, а о более высоком ценовом сегменте.

— Уверен, что и на него находятся покупатели, — сказал я, подцепив вилкой кусочек отбивной. — Аристократы. И другие богачи.

— Совершенно верно.

— Плюс экспорт.

— Экспорт, Ваше Сиятельство? Я не думаю, что вам удастся нарастить объёмы производства настолько, чтобы превысить спрос внутреннего рынка. Тем более, что начинать, как я понимаю, придётся с нуля.

Я кивнул.

— Разумеется. Но в будущем… всё возможно. Впрочем, вы правы: сейчас мне нужно определиться с категориями товаров, которые легче всего производить, отстроить фермы и прочее, закупить оборудование и нанять специалистов. И в этом мне понадобится ваша помощь.

— Моя, Ваше Сиятельство? Но…

— Профсоюзы. И несговорчивые поставщики техники, которые не захотят продавать будущему конкуренту своих постоянных партнёров.

— Ах, вот оно, что! — с облегчением выдохнул Сенцов. — Понимаю. Да, пожалуй, вы обратились по адресу. Не буду отрицать, что у нас есть выходы на профсоюзных воротил.

— Не сомневался.

— Конечно, они не имеют у нас в стране такого веса, как в некоторых других, где прижилась иная форма правления. Выборы дают профсоюзам большое влияние. У нас их роль гораздо скромнее.

— Тем не менее, я не раз видел по телевизору репортажи о забастовках.

Сенцов кивнул.

— Да, есть рычаги влияния на владельцев фабрик, заводов и продовольственных ферм. Гильдии стараются прибрать к рукам как можно больше людей, чтобы управлять ими и добиваться… справедливости, как они это называют.

— Возможно, не безосновательно.

Мой собеседник равнодушно пожал плечами.

— Меня это не интересует, Ваше Сиятельство.

— Разумеется.

— Полагаю, вы хотите встреться с главами продовольственных профсоюзов.

— Было бы неплохо. Можете это устроить?

— Думаю, да. Но должен предупредить, что они люди жадные. Вам будет непросто убедить их встать на вашу сторону. Особенно когда другие — ваши конкуренты, уже закрепившиеся на рынке — станут противодействовать.

Я улыбнулся.

— Полагаю, у меня найдутся средства… влияния.

Сенцов кивнул.

— Не сомневаюсь, Ваше Сиятельство. Однако следует действовать осмотрительно. Как я сказал, воротилы гильдий — люди влиятельные. И богатые. Их нельзя просто убивать, если они заартачатся.