Но вот новое умение можно опробовать уже сейчас.

Мысленным усилием приказав заткнуться требующим отдыха конечностям, фор Корстед поднялся на ноги и подошел к похожей на общипанного цыпленка тушке. Ни головы, ни огневы, и жопа с кулачок — если переиначить услышанную как-то от кухарки фразу. Так и не скажешь, что недавно это было грозное существо, чуть не отправившее Радремона в гости к четырежды мертвому богу. Ну или куда тут ему полагается по канонам местной непонятной религии.

Ладно, посмотрим как оно работает.

Зомбификация.

И ничего…

Неужели уровень выше?

А.

Нет.

Маркиз не сообразил, что Прикосновение смерти требовало всего трех маны, а новое улучшенное заклинание целых пятнадцать. Которых не осталось после сражения, и восстановиться за время ритуала они тоже не успели. Все-таки показатель духа до сих пор определялся всего девятью единицами, и отставал даже от телосложения и выносливости.

Но не вливать же в него очки на самом деле? Слишком много потребуется для достижения хоть сколько-то значимого эффекта. Придется пока-что и дальше обходиться костылем в виде зелий.

И еще определенно не мешало бы отдохнуть. А то сперва зеркальный лабиринт, потом бегство от иллюзий, падение, хождение по краю в битве с элементалем тьмы… Тут любой бы уже валялся в отключке, пуская из носа пузыри.

Если бы вообще выжил.

Но фор Корстед, к счастью, не любой, а потому нашел в себе силы выпить последнее оставшееся в запасе зелье маны и, сосредоточившись на трупе, повторить попытку.

Зомбификация.

Тушка дернулась. Потом по ней пробежала вереница огоньков, как по поверхности болота во время практически уже изжившего себя пожара. Но затем она все-таки загорелась ровным черным пламенем и поднялась на ноги.

Единственное что — если раньше, существо походило на оживший клочок непроглядной мглы, клубящейся дымом смолянистой гари, то теперь его цвет заметно потускнел, а форма стала более четкой, напоминающей почему-то женскую фигуру.

Зомби-Элементаль тьмы. Прислужник Радремона фор Корстеда

Осмотрев получившееся творение с разных сторон и порадовавшись эффективности обновленной магии, Радремон отправил нежить сторожить проход, а сам устало плюхнулся на пол, привались спиной к холодной шершавой стене.

Определенно требовалось составить план действий на ближайшее время, но сперва — восстановить силы. Да и желудок уже давно издавал трели одинокого кита в поисках самки.

Не дело!

Глава 2

К сожалению, сумка с припасами заметно пострадала во время предшествовавших перипетий. Через широкую рваную дыру вывалился копченый окорочок, пара соленых рыбин и бурдюк с водой. Но если бы не головка сыра, закупорившая отверстие, Радремон вообще мог остаться без еды.

Так что грех жаловаться.

Да и запасная фляга с водой у него тоже имелась, занимая одну из ячеек Перстня Безграничной Мглы. А пополнять ее можно прямо с пола. Затекавший из главной пещеры ручеек оказался пресным. Хоть и отдавал немного грязными пятками.

Утолив голод и жажду, маркиз первым делом просмотрел отложенные на потом сообщения системы. Информация о взятом девятом уровне новизной не блистала, а вот достижение «Подобное подобным», полученное за убийство Элементаля тьмы, выглядело куда интереснее.

Судя по описанию, получить его было отнюдь непросто, и выдавалось оно далеко не каждому. Впрочем маркиз и сам не понял каким образом ему удалось провернуть тот последний финт со Стрелой праха. Вроде он как-то…

Бездна!

Мысль — словно муха, нагло жужжащая над ухом, — вроде и видишь, и слышишь, а схватить не удается. Но зато награда выглядела весьма приятно. Возможность раз в сутки призвать одного Элементаля, потратив на это эссенцию соответствующего цвета. Более чем достойно. Хоть и требовало редкого ингредиента.

Разглядывая, бегущие перед глазами надписи, Радремон сам не заметил, как задремал. Усталость, нервное напряжение и плюхнувшаяся в пустой желудок пища взяли свое. Все-таки маркиз, несмотря на все свои свершения и достижения, а так же помощь системы, оставался человеком. С обычными человеческими потребностями.

Во сне фор Корстеду привиделось будто он прогуливается по саду родного поместья. Мимо, смеясь, носились дети, то убегая, то догоняя старую добродушную собаку Наму. Пели птицы. Теплый ветер доносил с поля аромат свежих цветов и звонкие переливы свирели беззаботной пастушки.