– Почти, – отозвалась я, невольно вспоминая наш первый поцелуй. Такой же сумасшедший, как и наше общение. И такой же захватывающий.

– Наверно, он опытный. Не то что этот, – недовольно глянула подруга на Илью, который в это время усердно писал конспект. – Я – его первые серьезные отношения. Ужас.

– Быть первой – это ответственность, – прошептала я. – Возьми ее на себя!

– Может быть, мне еще за него замуж выйти? – возмутилась подруга.

– А почему бы нет? – пожала я плечами. – Илья хороший.

– Иногда он меня раздражает. Просто бесит. Обожает делать все не так, как я хочу. Вот Владыко тебя бесит?

– Временами я его придушить хочу, – призналась я.

– Я много об этом думала, – вдруг призналась Женька. – Те, кого мы любим, причиняют нам страданий больше, чем остальные, и мы начинаем ненавидеть их за это. Иногда заранее.

– Может быть, – вздохнула я.

Илья, сидевший в соседнем ряду, словно почувствовал, что мы о нем говорим, отвлекся от конспекта и посмотрел на Женьку. На его лице появилась нежная улыбка, и он подмигнул подруге. Она показала ему язык в ответ и отвернулась, но я видела, что в ее глазах зажегся огонек. Он все-таки нравился ей. Илья беззвучно рассмеялся и повернулся к Кайрату. Они зашептались. А я вспомнила про нападение на Олега. Мог ли это быть Кайрат? Я мучилась от мыслей об этом всю пару, а на перемене мы с Женькой насели на Илью, чтобы он выведал у Кайрата, где тот вчера был. Илья миссию провалил. Сказал, что Кайрат вообще не хочет говорить о вчерашнем дне. А когда Илья стал задавать осторожные вопросы, вообще послал его.

– Он меня спросил, какая мне разница, – сообщил Илья с недоумением на следующей перемене, – а когда я сказал, что Таня интересуется, схватил меня за шиворот и сказал не лезть не в свои дела. Первый раз он со мной так грубо говорил!

В груди у меня зародилось дурное предчувствие. Может быть, и правда Кайрат причастен к нападению? Я решила сама поговорить с ним во время последней на сегодня перемены. Он сидел за партой и переписывался с кем-то, а на его губах играла загадочная улыбка.

– Как дела, Кайратик? – Я села рядом с ним на парту, скрестив руки на груди.

Он тотчас убрал телефон в карман джинсов.

– Хорошо, Танюша, – осторожно ответил Кайрат. – А у тебя как?

– Как обычно, все клубнично, – отмахнулась я. – Какой-то ты сегодня странный.

– Да нет, нормальный. – Телефон в его кармане ожил – судя по звуку, пришло новое сообщение, и одногруппник едва заметно нахмурился.

– Что вчера вечером делал? – продолжала я невзначай, не отрывая от него пристального взгляда.

Кайрат заерзал. Ага, нервничает! Дело и правда нечисто.

– Да так, тренил, с пацанами гулял, – небрежно ответил он.

– Правда? – изобразила я удивление. – А тебе кое-где видели. И кое с кем.

Кайрат изумленно на меня глянул, и в его темных глазах вспыхнула тревога.

– Кто и где? – спросил он нервно.

– Может быть, сам признаешься? – ласково спросила я и потрепала по могучему плечу. – Как говорят, чистосердечное признание смягчает наказание.

Алиев нахмурился.

– Ну же, Кайратик, давай, говори, – подбодрила его я. – Расскажи мне, где ты был вчера поздно вечером. И что делал.

– Прости. Я не хотел, – вдруг сказал он и так крепко стиснул зубы, что на его скулах заходили желваки.

– Что не хотел? – спокойно поинтересовалась я, хотя внутри все пылало.

Не может быть. Неужели и правда Кайрат способен на такое? Он сильный и вспыльчивый, но он никогда не был подлым. Я не любила его, порой он меня раздражал своим неуемным вниманием, но я всегда его уважала.

– Не хотел, чтобы это произошло, Танюша, – сквозь зубы процедил Кайрат. – Сам не знаю, как так получилось.

– Если так получилось, значит, ты этого хотел, – хрипло ответила я. – Ты ведь давно думал об этом, верно?

– Я не выдержал, понимаешь? – заглянул он в мои глаза. – Я больше так не могу, Таня.

– Что ты не можешь, Алиев? – переспросила я сердито, не веря своим ушам. Неужели он напал на Олега? Но зачем со спины? Чего хотел этим добиться? Кайрат не такой. Или мне это просто казалось?

– Не могу ждать тебя вечно. – Он встал на ноги и теперь смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах пылал настоящий огонь. – Ты мне нравишься с первого курса. Дико нравишься. Но ты всегда меня отталкивала. Наверно, я казался тебе идиотом, который никак не может от тебя отстать. И я тоже казался себе идиотом. Особенно когда ты встречалась с тем слабаком, а я наблюдал со стороны. Знаешь, Таня, я мог уложить его одной левой, но сцепил зубы и сдерживался. Потому что уважал твой выбор.

– А теперь ты, значит, сдержаться не смог?