— Где у них внутренности?

— Сожгли себя сами в процессе. Не соблюдали технику безопасности в удовольствиях. Они думали, что чем больше получают, тем больше у них останется. Но это не так, чаще наоборот, обмен энергией в процессе обоюдный. Надо уметь беречь себя. Да, будьте осторожны с чехлами, ваши внутренности могут им понравиться. Они голодные, очень голодные. Вы почему до сих пор не надели галстук?

— Зачем он? Мне кажется, абсолютно бесполезная вещь, — Дик повертел в руках галстук и надел его. — Очень неудобная.

— Смотря для кого. Галстук означает согласие на доминирование. Да, я должна вас обязательно предупредить, что по соглашению с раем мы не прибегаем к насилию. Вы можете покинуть нас через выход, если захотите.

— И где он?

— За вами.

Дик опять посмотрел на противное отверстие и в это время барабаны отбили что-то торжественное, грянули фанфары, и на своде появилась надпись «Приз!»

Жерло выдало фейерверк лавы, откуда-то сверху появились лучи софитов, которые высветили направляющегося к Дику того типа в майке с голым пупом, небритого, с пастью золотых зубов. Он остановился и на весь вулкан прорычал:

— Где он? Покажите мне его!

Ему учтиво показали на Дика филин и гусь. Всё вокруг зашевелилось, и оказалось, что блестит не слюда, а какие-то светлячки. Опять подлетела наглая фудибана и посолила его, хихикая:

— Как вам повезло, как вам повезло, сам Вип-Идор вас выбрал!

— Я — приз?! — ужаснулся Дик.

— Сам захотел, — ответила Регги. — Могу включить запись.

Она подошла и, улыбаясь, надела ему галстук.

— Анкету заполнили. Теперь поставь правильно запятую в «Хаос АД МИН».

— После «Хаос».

— Неправильно, перед «МИН» — это Место Исполнения Наказания Главного Разделочного Управления, – ласковым тоном произнесла Регги и игриво натянула галстук. В шею Дика впились шипы петли.

— Вы обещали кайф!— прохрипел Дик.

— Это очень, очень качественный строгий галстук для вип-клиентов, Дичь, — лукаво улыбаясь, ответила Регги. — А кайф обязательно будет… у кого-то. Хаос — это подразделение ада. Пошли на процедуры, приз. — Она повернулась и, властно перебросив галстук через плечо, повела Дика в ад.

По её сценарию любое существо должно было покорно идти за ней, но Дик не хотел и остался на месте, а голова его оторвалась и упала на пол.

— Транс? — глухо произнесла Регги, хищно нагнувшись к голове и обнюхивая её. — Вы же вымерли.

Всё вокруг замерло. Чехлы и ангелочки повернулись лицом к ним.

Дик не ожидал такого и легкомысленно улыбнулся лежащей головой.

— Извините, — виновато промолвила его голова, и он торопливо приклеил её обратно.

— Странно, — как эхо произнесла Регги, — силикон… и без чехла?

Отовсюду стало звучать:

— Он без чехла, тело, силикон.

Глаза чехлов стали увеличиваться, вместо ногтей появились когти. То же самое происходило и с ангелочками. Они сделались ещё худее и стали похожи на насекомых. Они медленно приближались, хором повторяя женскими голосами: «Силикон», и мужскими: «Тело, без чехла».

Регги громко объявила:

— Он несъедобен, азотно-цианистый силикон!

Но это никого не остановило. Сверху кругами планировали две мыши, и с каждым кругом они становились ужасающе крупнее.

Дик непонимающе смотрел происходящее. Регги стала принимать боевой вид, на пальцах появились когти, как ножи, в глазах запылал огонь.

— Беги! — хрипло произнесла она.

— Туда? — спросил он, брезгливо показав на мерзкое отверстие "Вход".

— Беги отсюда, идиот, это ад! — крикнула Регги и отчаянно повторила всем:

— Он ядовитый!

Одна мышь, сложив крылья, бросились на Дика. Регги, завизжав, ударом когтей в глаза отбросила её и крикнула: «Кровь, тело!» — показав на раненую.

Чехлы и ангелы бросились на мышь и стали рвать на части.

Дик стоял в оцепенении. Регги нечеловеческой силой обхватила его руками и прыгнула с ним в дыру, жутко похожую на анус.

Вулкан вздохнул, выдав приличную порцию сероводорода, так что Дик вылетел наружу со звуком пробки из бутылки шампанского, размышляя в полёте о том, что азотно-цианистый силикон — это не так уж и плохо. Создатель был прав: если хочешь выжить во Вселенной, то не старайся нравиться всем, будь исключительно мерзким, несъедобным и даже ядовитым.