Мощный источник света оказался прямо у меня над головой. А она быстрая, когда захочет. И упорная. Зануда.

Наз’лок выкрутил руку на сто восемьдесят градусов. Кажется, чем ближе была цель, тем меньше его волновало мое физическое состояние. Тело подбросило, и я оказался лицом к лицу с роботом.

Все же, ее удалось потрепать. Боевой прием оставил на груди глубокую вмятину.

Синтетическая кожа в некоторых местах слезла, обнажив металл. Из дырки на месте оторванного уха торчали провода. Ну и клок волос хороший выдрать удалось, чего уж там.

Дух прижал мою ладонь к холодному механическому телу. Вновь раздался невыносимый гул. Меня хорошо тряхнуло.

Чрезвычайная активация печати Молний. Белый режим. Синхронизация увеличена до 600 %. Риск внутренних повреждений: большой.

Мне совсем не понравилось это сообщение, но вот лично меня сейчас особо никто не спрашивает.

Энергия скопилась в руке. Чистая, живая, вибрирующая энергия. Правда, она в клочья разорвала рукав куртки, оголив конечность до самого плеча. Узоры изменились, они выстроились в другом порядке, стали более изящными, тонкими. Вместо кожи, гладкая белая чешуя с длинными отростками, вроде развевающихся волос. Пальцы с перепонками, и даже, кажется, уже и не сломанные…

Кривая полоса молнии пробежала сквозь клубящиеся тучи, и рухнула вниз, прямо на спину создания, пытавшегося схватить меня за шею своей железной лапой. Разряд охватил нас обоих. В голове что-то щелкнуло, и я начал погружаться во тьму.

В том числе, буквально. Штормовые волны тоже никуда не делись.

…

Критически низкие запасы атмы. Рекомендуется немедленное возвращение в Амаравати. Локация ближайшего стабильного прохода в Паутину отмечена во внутренних приложениях.

Оно тревожно пищало, стучало в висках и не давало спать. Пересилив невероятную усталость, я поднялся, и тут же зашелся кашлем, сплевывая воду и темный, грязный песок.

Море уже стихло, превратилось в совершенно неподвижную гладь. Как долго я спал? Ладно, мы на берегу. Это плюс.

Вместе с нами тут валяется туша, похожая на большого ската с человеческим лицом. Это настораживает.

А вон там, на скалах лежит груда железа, накрытая покрывалом из собственных нано-перьев. Лежит неподвижно.

Еле двигая непослушными конечностями я подошел к роботу. Приподнял потускневшее крыло. Броня треснула как яичная скорлупа, внутри пусто и темно. Это всего лишь меха. Значит, ослепительный осьминог, управлявший ей куда-то ушел.

Далеко, наверное, раз уж меня не придушили, пока я был в отключке. Но это не значило, что я одинок на мрачном берегу. Ощутив на себе чей-то взгляд, я резко обернулся и сунул руку в карман, чтобы выхватить нож.

Выхватил противную, скользкую рыбу с нечетным количеством глаз.

Раздались сдавленные смешки. Из-за колонны вышел парень с гарпуном, закутанный в меха. За его спиной пряталась смеющаяся девчонка.

Старик смачно отхлебнул из плошки. Затем, он стукнул деревянной ложкой по накрытому толстой скатертью низкому столику, перед которым сидел. Гулкий звук разлетелся по юрте. Пламя расставленных повсюду свечей взвилось вверх, освещая горы самых разных вещей, накопленных хозяином юрты за долгую жизнь. Мне даже показалось, что в глазах причудливых звериных черепов за спиной старика вспыхнули маленькие огоньки.

— Ну, раз хочешь, чтобы звали тебя Григорий, так и буду звать. Зачем ты здесь, Григорий? — с ухмылкой спросил старик, и уставился на меня затянутыми белой пеленой глазами. Несмотря на очевидную слепоту, смотрел он, казалось, мне прямо в душу.

Хороший вопрос. Я-то вообще не ожидал увидеть здесь людей, а тем более целый шаманский поселок с юртами и оленями в загонах. У меня не было сил сопротивляться, а пацан с гарпуном оказался крепким. Пришлось согласиться, и пойти с ними в деревню.

У меня не было ощущения, что старик желает мне зла. С другой стороны, этот дед жил за пределами цивилизованного мира, и кто его знает, что за страсти творились у него в голове?

Говорил мне наставник, езжай на юг, в Хабаровск.

Хотя не факт, что там лучше. Мир вообще оказался довольно неприятным местом, а уж в таких его неведомых уголках как этот, можно было ожидать, что тебя в любой момент сведут с ума, съедят, надругаются, либо используют в качестве гнезда. Или все это сразу, в произвольном порядке. И обязательно с очаровательной улыбкой. Я еще не понял, на какой именно стадии нахожусь.