UR.ANUS
Колесо фортуны. Антология
вернуться

фон Гёте Иоганн Вольфганг
Шрифт:

ИЗ КНИГИ «СТРАНИЦЫ НЕМЕЦКОЙ ПОЭЗИИ»

Детский фольклор

СТАРЫЕ ЗНАКОМЫЕ

Наполеон был горд и смел. Теперь он малость присмирел. Он ходит спички продает, А детвора ему поет: — Бонапарт! Бонапарт! На дворе сегодня март. Всюду снег на крышах тает. Император отступает, Трясется на двуколке В дырявой треуголке. Са ира! Са ира! На Москву он шел вчера В ярости и в злобе, Да застрял в сугробе. Наполеон, Наполеон Бежал домой без панталон! Эй ты, Наполеончик, Поешь-ка лучше пончик! Гренадеры, гренадеры Из России дали деру. Грустная история! Где же их «виктория»? Немцы, русские и шведы Заплясали в честь победы. Эй, друзья британцы! Просим к нам на танцы! Ядра, пушки и свинец Не нужны! Войне — конец! Робинзон, Робинзон! В дальний путь пустился он На воздушном шаре С Пятницею в паре. Распрекрасные французы Носят красные рейтузы, Золотые эполеты, А едят одни омлеты. Доктор Лютер дорогой Замахнулся кочергой: Черт ему привиделся. Лютер разобиделся, Крикнул: — Эй, католики! Все вы алкоголики! Католический священник Заорал: — Молчи, мошенник! Завопила странница: — Лютер, сам ты пьяница! Лютер тут нахмурился, Взял да окочурился. Папе римскому все хуже. Он лежит в вонючей луже: Меньше по количеству Стало католичества. В нарушенье райских правил Вдруг с Петром подрался Павел, Петр, сидевший на горшке, Стукнул Павла по башке. Взял топор блаженный Павел — Без башки Петра оставил. Петр спросил: — Погиб ли я?.. Пусть ответит библия. Стыд и срам! Стыд и срам! Жили Ева и Адам. Ева пообедала. Яблочка отведала. Из-за этого плода Вышла страшная беда; Бог, обычно сдержанный, Выбежал рассерженный И сказал: — А ну, Адам, Забирай свою мадам, Чтоб не крала райские Яблочки хозяйские.

«Напевы немецкой шарманки» [1]

УЖАСАЮЩЕЕ УБИЙСТВО

I
Был бал как бал. Сияли люстры в зале. Ревели трубы. Пары танцевали. Казалось: через край веселье било… И лишь одну красавицу знобило. К прелестной чернокудрой Леоноре Закрались в сердце холод, страх и горе. В ответ на просьбу молодого Франца Она с ним покружилась в вихре танца. Но рыцарь Кунц, увидев эту сцену, Невинный танец принял за измену. И, встав между колонной и стеною, Кунц молвил Францу: — Следуйте за мною!

1

«Напевы немецкой шарманки» — название сборника пародийного фольклора, вышедшего в 1848 г.

II
Старинный парк был залит лунным светом. Среди ветвей пел соловей фальцетом. Тут Кунц возник между двумя дубами И, словно зверь, заскрежетал зубами. В лучах луны сверкнула сталью шпага. Был юный Франц белее, чем бумага. «О добрый Кунц! Пока еще не поздно…» «Трус, защищайся!» — Кунц воскликнул грозно. «Что ж, коли мир меж нами невозможен, Я тоже шпагу выдерну из ножен». «Презренный пес!» — «Кровавая собака!» В старинном парке возгорелась драка. А через пять минут в глухой печали Два хладных трупа кровью истекали.
III
Едва лишь в зал донесся шум дуэли, Как гости моментально побелели. Все выбежали в парк, где у фонтана Два хладных трупа стыли бездыханно. Тут Леонора жутко задрожала: «Виновна я! Я их не удержала!» И, опустившись медленно на лавку, Она схватила острую булавку, На небеса в отчаянье взглянула И ту булавку в грудь себе воткнула. Кровь потекла горячею струею… «Я вам обоим сделаюсь сестрою!» И труп ее упал на оба трупа — Ужасная образовалась группа… О ревность, ревность! Людям в наказанье Несешь ты горе, слезы, скорбь, терзанье, Но к вам мы обращаемся с советом: Самоубийством не кончать при этом.

РАЗБОЙНИЧЬЯ ПЕСНЯ

Мы — грозная шайка разбойников, Людей превращаем в покойников. Живем мы в дремучем лесу, Кровавую жрем колбасу, И кровью ее запиваем, И песню свою запеваем: «Появится конный иль пеший, Хватай его! За ноги вешай! И шкуру с него обдери, А деньги его — забери! До крови людской мы охочи Особенно в зимние ночи… Ложитесь же вовремя спать И в лес не ходите гулять».

ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ КИТАЯ

Я приехал из Китая… Богородица святая! Хороша страна Китай: Там не пиво пьют, а чай И при этом курят опий, Запрещаемый в Европе. Император всекитайский Утвердил порядок райский: Он имеет десять жен, Каждый чих его — закон, А Пекин, его столица, На него должна молиться. Я поклон ему отвесил, Но правитель был невесел. Полицейских вызвав рать, Он велел меня забрать. Тут меня, конечно, взяли, И крутили, и вязали, Посадили в каземат Под охраною солдат. Трое суток я томился. Вдруг какой-то чин явился: «Мы вас выдворить должны Из китайской стороны!» Возражать ничуть не стал я До свидания, Китай! Слава господу, попал я Вновь в родной германский край. Всюду кирхи да казармы, Офицеры и жандармы. С восхищением свою Я отчизну узнаю… Вольный воздух европейский! Вдруг подходит полицейский, И, жандармов вызвав рать, Он велит меня забрать. Трое суток я томился. Вдруг какой-то чин явился: «Расскажите для суда, Как вы прибыли сюда…» «Я приехал из Китая…» «Богородица святая! — Весь в слезах воскликнул чин, — Вас изгнали без причин. Ах, ах, ах! Постичь едва ли Европейскому уму, Чтобы запросто сажали Невиновного в тюрьму. Это очень трудно даже Человека посадить…» И приказывает страже Вмиг меня освободить. Все в порядке! Боже мой! Я бегу к себе домой… Что за светопреставленье! В доме — грязь и запустенье, И, разлукой сражена, Спит в гробу моя жена… Я приехал из Китая…

«Чудо техники»

Фольклорные отклики на технические новшества (XVIII–XX BB.)

БАЛЛАДА О ДОКТОРЕ ГИЛЬОТЕНЕ

В эпоху грозных перемен, В суровую годину Придумал доктор Гильотен Свою гилиотину. Сожженье требует затрат, Расстрел чрезмерно злобен, А этот хитрый аппарат Гуманен и удобен. Едва глухой раздастся стук И шеи нож коснется, Как голова без лишних мук С плечами расстается. К чему распятье и костер? К чему петля и дыба? За механический топор Ученому — спасибо! Легко, спокойно — хоть куда! Отменная работа… Да жаль, что с жизнью иногда Прощаться неохота.

ТЕЛЕФОННАЯ СЕРЕНАДА

До чего ж преуспела наука! Появилась забавная штука! Если кто не на шутку влюблен, Пусть себе заведет телефон… Прежде я на балкон выходила И, вздыхая, твой голос ловила. Но к чему выходить на балкон. Если есть у меня телефон?! Говорит разговорная трубка: «Я люблю тебя, слышишь, голубка?» Только я отвечать не спешу И тихонечко в трубку дышу. «Я души в тебе — слышишь? — не чаю!» «Вы мешаете спать», — отвечаю. Тут звонок раздается опять. Я в ответ: «Вы мешаете спать!» Телефон заливается снова… На часах — половина второго. В трубке жалобный слышится стон: «О, скорей выходи на балко-он! Я — алло! — от любви умираю!» Что поделать? Я дверь отворяю И, как прежде, бегу на балкон… Вот что значит иметь телефон!