— Не стесняйся, он не кусается.

Можно было с точностью догадаться, что шепнула таинственная Урсула Авроре на входе в кафе. Она наверняка не ожидала, что тем молодым человеком, с которым они пришли встретиться, окажется именно он — незнакомец с улицы.

— А вдруг? — подначил Абрахас, став обладателем еще одного пронзительного взгляда Авроры. Он помог спутницам сесть и только после этого занял своё место. — Урсула, а где вы обучались до академии?

— Уши на дому обучалась, сдавала экзамены в Дурмстранге…

— Спасибо, Аврора, но позволь своей подруге самой за себя ответить, — процедил он, понимая, что намеков она не понимает. — Уши? — уточнил он.

— Сокращенно от Урсула, — пояснила она. — Я с самого начала знала, что буду учиться в академии своего отца, — приятный мелодичный голосок никак не сочетался с грубоватым немецким акцентом. Скорее всего, Уши не хватало практики в разговорном английском языке на родине — об этом свидетельствовала манера разделять слова паузами, однако предложения она строила грамматически правильно. — Аврора согласилась приютить меня в «Кабаньей голове», спасибо её дедушке. А ещё я очень хотеть познакомиться с Великим Магом Альбусом Дамблдором. Мы — немцы — считаем, что именно его… подвиг стал… э… переломной точкой… решающим вкладом в дело победы в этой маггловской войне.

И всё-таки у нее были некие затруднения с языком. Уши всё так же старалась смотреть не на собеседника, а на закрытую книжицу меню, лежащую перед ней на столе. Абрахас не мог не заметить, что она недурна собой: у неё были небольшие тонкие губы, но это с лихвой перекрывалось яркостью зеленых глаз. Она была довольно высокой девушкой, как он успел заметить, с округлыми формами, немного сутулой, однако это, скорее всего, было следствием смущения.

— …Мне очень повезло, — тем временем продолжала Уши, — что Аврора является внучкой герра Альбуса Дамблдора, мой отец с восторгом воспринял идею практики в Лондоне! — окончательно подтвердила она рассуждения Абрахаса о причинах появления Авроры в Британии. — Аврора обещала мне показать страну. У нас будет целый месяц вместе! — закончив, она неловко улыбнулась, словно извиняясь за свою нескончаемую речь, и вернулась к образу скромницы.

Абрахас заметил на руке Уши пятно присохшей грязи.

— Садовые инструменты? — он взглянул на корзинку, пристроенную к ножке стола. — Вы любите цветы, Уши? У вас пятно на руке.

— Спасибо, — она принялась оттирать грязь салфеткой, забыв про простейшие очищающие чары. — Нет, Аврора попросила меня помочь, как это по-английски, убраться? Да, убраться на кладбище и посадить там фиалки.

— Ты была у Джеки? — спросил Абрахас, глядя на Аврору, со скучающим видом разглядывающую проходящих по Косому переулку людей. Где-то в груди кольнули тоскливые воспоминания о Джеки и Эвелин. Он исправно навещал их могилы в первое воскресенье каждого месяца, на Пасху и на Рождество. — Спустись на землю, я здесь.

Но она не обратила на его шутливые попытки привлечь её внимание, а все так же продолжала наблюдать за везущим тележку с жареными каштанами волшебником в темном фартуке.

— Аврора?

Она сделала вид, что заинтересовалась своими ногтями и стала насвистывать песенку. Абрахас закатил глаза.

— Ну, и что ты изображаешь?

— Кажется, ты намекнул мне заткнуться, вот я и замолчала, — продолжая заниматься ногтями, пояснила она.

— Нашла на что обижаться, — верно рассудил Абрахас; к ним подошел официант и водрузил на стол три больших вазы с мороженым, пожелал приятного аппетита, почему-то мило улыбнулся Авроре и, подобрав поднос, отбыл внутрь кафе.

— Аврора, — Уши прикрыла рот ладошкой, приглушенно хихикая. — Er hat f"ur dich interessiert.*

— Was?

Уши на мгновение задумалась, подбирая нужные слова.

— Он проявлял… заинтересованность в твоей персоне, — с трудом пояснила она, продолжая смеяться, теперь уже над потерянным выражением лица Авроры, которое постепенно приобретало оттенок розового.

— Тебе показалось, — буркнула она и принялась наворачивать мороженое, совсем позабыв, что оно ледяное. Сдавленно пискнув, Аврора стала растирать переносицу.

— А что, это вполне нормально, ты же молодая симпатичная девушка.

В ответ она с еще большей жадностью набросилась на мороженое под смех друзей. Абрахас никогда не говорил ей подобные вещи. Признаться, Аврора и сама подумать не могла, что друг способен на подобные слова по отношению к ней. Хотя вряд ли он считал её существом без половых признаков.

— Как там Том? — облизывая ложку, спросила Аврора, отставив от себя опустевшую вазочку; тогда, как ребята принимались только за второй шарик. — Все там же работает?

— А он тебе не писал? Да, — выдохнул Абрахас с досадой; он и сам не понимал, почему лучший ученик школы предпочел хорошему министерскому образованию, куда его брали без проблем, торговлю в каком-то зачуханном магазинчике.

— Писал, только из него ответы на мои письма приходилось клещами вытаскивать, — Аврора плохо скрывала досаду. Было видно, что сухие письма, на которые она жаловалась в посланиях Абрахасу, не приносят удовлетворения в общении. Том, похоже, действительно пытался отдалиться от неё.