— Этот берег — хорошая аналогия твоей жизни, Джек, — продолжал Мо. — Жизнь во многих отношениях похожа на морской берег. Это дорога, на которой есть песчаные и каменистые места, крутые повороты и прямые участки. Иногда, просыпаясь утром, ты видишь бурные волны и чувствуешь ярость океана; иногда же вокруг благословенный покой и полное умиротворение. Прожив значительную часть своей жизни на этом побережье, я пришел к пониманию, что законы жизни — на самом деле не что иное, как законы природы. Изучи, как устроена природа, — и ты поймешь, как на самом глубинном уровне устроена наша жизнь.

Этому же учил меня и отец Майк.

— Приведу пример, — сказал Мо. — Я провел на этом побережье в одиночестве много дней, иногда я бодрствую всю ночь — просто дышу, думаю и наслаждаюсь величием этого места. Я не устаю удивляться тому, как яркий свет восхода сменяет темноту ночи.

Точно так же и в нашей жизни. Каждый из нас должен пережить темноту, но она всегда уходит, и всегда возвращается свет. Фактически, в те моменты, когда твои проблемы кажутся особенно сложными и запутанными, ты ближе всего к их разрешению. А когда ты испытываешь самую сильную боль, твой величайший покой уже приближается ей на смену.

Никогда раньше не смотрел я на жизнь с такой точки зрения. В философии Мо было особое изящество, и этим она напоминала мудрость, которую с такой любовью передавал мне отец Майк. В соответствии с убеждениями моих учителей, жизнь каждого человека разворачивается согласно точному плану — ничто не происходит просто так, сама же жизнь есть не что иное, как волшебный подарок.

— Позволь мне теперь дать тебе один совет, Джек. Для того чтобы вновь зажечь дремлющие в тебе страсти, тебе в первую очередь следует воссоединиться со своим сердцем. Попробуй делать то, что в прошлом наполняло твое большое сердце. Начни делать то, что пробуждает в тебе полного чувств ребенка, что заставляет тебя безудержно смеяться. Вновь открой то, что трогает тебя, что вызывает слезы на твоих глазах: момент, когда твои глаза наполняются слезами, — это момент, в котором хочет видеть тебя мироздание.

— Как же так получилось, что мне понадобилось так много времени, чтобы ощутить любовь к самой жизни? Скажу тебе честно, Мо, мне очень горько, что на это ушло так много лет, — сказал я, потупив взгляд и чувствуя, как меня наполняет чувство горечи и сожаления.

— Перестань так себя укорять, Джек. Я ведь говорил тебе ранее: ты сейчас именно там, где тебе и предназначено быть. Не нужно подвергать сомнению свой путь, радуйся тому месту, где ты сейчас. Все, что произошло с тобой во время пути, было предопределено. Главное — принимать все как должное. Сейчас — это совершенно особый период в твоей жизни, — полностью прочувствуй его. К тебе сейчас возвращается твоя настоящая жизнь — та, которая была предопределена для тебя до того, как в нее вмешались посторонние силы.

Неожиданно лицо Мо расплылось в широкой улыбке:

— Для тебя настало время снова порадоваться жизни. Когда я был маленьким, мои родители часто говорили мне, что мои глаза сияют. Они говорили мне, что в них какая-то искорка. Теперь я понимаю, что было в моих глазах: у играющего ребенка глаза сияют.

— Ты знаешь, я тоже был очень энергичным ребенком.

— Я хочу, чтобы в твои глаза снова вернулась та искорка. И когда это произойдет, твое сердце откроется еще шире и начнет шептать тебе слова истины.

— Я так бы хотел, чтобы это случилось, Мо.

— И так будет. Я бы советовал тебе в первую очередь заниматься тем, что делает тебя счастливым.

Чаще делай то, отчего в прошлом пело твое сердце. Становясь старше, мы перестаем видеть те вещи, от которых раньше сердце билось быстрее.

— Я вообще уже не могу вспомнить, какие у меня были страсти, — печально признался я.

— Ничего страшного. Они найдут тебя сами, как, только ты начнешь искать их, — уверил меня Мо.
–

Начни задавать себе вопросы, ибо в самом процессе творческого тестирования самого себя начнут появляться многие из ответов, которые ты ищешь. Задай себе, например, такие вопросы, как «Что мне нужно сделать чтобы я мог гордиться собой?» или «Если бы мне нужно было работать, как бы я проводил свои дни?» Также я рекомендовал бы тебе гораздо больше прислушиваться.

— К чему?

— К внутренним голосам, Джек. Больше уделяя внимания тем тихим и едва различимым знакам и самых твоих сокровенных глубин. Они там, у них ест, голос, и они взывают к тебе, чтобы быть услышанными Ты знал их, когда был ребенком, — узнай же их сейчас, уже как взрослый.

— Я настолько был оторван от таких вещей, что, боюсь, утерял уже всякую связь со своими глубинами. Я знаю, что остаюсь закрытым и что живу в своей голове. Но мне так хочется услышать те внутренние голоса, о которых ты говоришь.

— Прекрасно, — ответил мне Мо. — Твое желание и намерение услышать внутренние голоса твоего сердца — это уже огромный шаг вперед к тому, чтобы открыть свое сердце и воспользоваться неисчислимыми дарами, которые оно для тебя приготовило. Желания и намерения — это те громадные волны, которые одна за другой проносятся по мирозданию; они неизбежно возвращаются, принося с собой настоящие сокровища.