Инспектор Джеймс задумчиво потер подбородок.

— Интересно, что это за мисс Брюер? Или миссис? Он ведь что-то говорил о своей замужней сестре… Никто о ней никогда не слышал.

— Нет, сэр, но это не значит, что она не существует. Мы очень мало знаем о нем вообще, не так ли?

— Да… Пока, — мягко сказал Джеймс. — Мы должны держать глаза открытыми и глядеть в оба, но не обижать его.

Джеймс взял телефонный справочник и стал его просматривать.

— Здесь она есть, тот же адрес, что и в предъявленном мне удостоверении: 47-с Беркли-сквер. Мейфейр… О, личный адрес! Мы будем предельно осторожны, Роджерс, но я думаю, мы сумеем провести небольшое расследование.

— Да, сэр.

— Я не думаю, что нам все надо узнавать через Скотланд-Ярд, иначе мы никогда не кончим. Я поеду завтра в Лондон и, пожалуй, зайду там в Соммерсет-Хаус. Вы когда-нибудь были там?

— Не могу сказать, что был, сэр. Там регистрируются смерти, браки и завещания.

— Да, и поэтому я хочу узнать там что-либо не только о миссис Брюер, но и о мистере Брюере. Итак, до завтра, мой мальчик.

— Хорошо, сэр, — отозвался Роджерс, имея что-то на уме. — Значит, мы с вами до завтрашнего вечера не увидимся?

— Да. Ведите себя спокойно, Роджерс, и не вздумайте совать нос в дела мистера Крейна. Не подходите близко к его дому, вы понимаете? Это приказ!

Роджерс кивнул и помрачнел.

— Хорошо, сэр.

Но когда он ехал на велосипеде по деревне, он все же решил, что поедет к бунгало Крейна, как только сменится с дежурства.

«Кто знает, — думал он, — может, я там смогу найти Кашмена. Вот это будет сюрпризом для старика с его Соммерсет-Хаусом…»

Полная луна ярко освещала окрестности Телхейма, и дорога отчетливо выделялась среди кустов. Констебль Роджерс не спеша крутил педали своего велосипеда.

Кейзи, местный житель, попался ему по дороге.

— Едете? — удивился он. — и без формы, а?

Роджерс усмехнулся и прикрутил дымящийся фитиль фонаря.

— Меня вызвали, — сказал он, подмигивая.

— Хотел бы я поехать с вами, — сказал Кейзи. — Но у меня дела. Будь осторожен, Джорджи.

— Я буду осторожен, Кейзи, — сказал Роджерс и поехал дальше.

До бунгало Крейна было две мили, и Роджерс не торопился туда попасть. Он хорошо знал район и хотел, чтобы луна поднялась повыше и дала полный свет. Он не хотел действовать в темноте и не решился бы включить там фонарь. Если он попадет к бунгало через полчаса — это будет только к лучшему. Он проехал мимо дома инспектора Джеймса и с удовлетворением отметил, что в окне гостиной горит свет. Это значило, что инспектор сидит дома и слушает девятичасовые новости. Теперь он никуда не двинется. Роджерс хорошо знал его привычки. Роджерс еще уменьшил скорость и, проезжая мимо сада Джеймса, посмотрел в окно Дафны. Оно было освещено, но задернуто занавеской. Он несколько минут подождал, надеясь увидеть хоть ее тень за занавеской, но ему не повезло, и он, разочарованный, поехал дальше.

Хотя Роджерс был по натуре тверд и уравновешен, все же, выехав за деревню, он стал немного волноваться. От того, сумеет ли он обнаружить в доме Кашмена, зависело очень многое. С тех пор, как он узнал, что Дафна без ведома отца встречается с Крейном и разъезжает в его большом «бьюике», Роджерс воспылал ненавистью к этому высокопоставленному похотливому типу… Роджерс молча переживал это, считая, что не его дело сообщать Джеймсу о поведении его дочери. Правда, раз или два он собирался это сделать, но в последний момент все же не решался, не зная, как тот воспримет эту весть.

В Крейне было что-то такое, что не нравилось Роджерсу. Он не знал точно, что… Что и говорить, с виду он казался хорошим парнем. Играл в крокет с деревенскими жителями и обращался с Роджерсом, как равный. Но все же было в нем что-то… Крейн очень свободно обращался с женщинами. К нему очень часто приезжали молодые особы на машинах с лондонскими номерами. Часто оставались у него допоздна, фактически на ночь. Во время патрулирования Роджерс не раз видел их машины. Раз или два он видел и девушек в его саду. И когда Дафна подружилась с Крейном, Роджерс забеспокоился.

Но станет ли Крейн скрывать такую крысу, как Кашмен? Непохоже. Крейн отлично зарекомендовал себя во время войны. Был одним из лучших британских пилотов и даже сбил 11 немецких самолетов, за что неоднократно был награжден. Дважды он был сбит сам. Но трудно быть уверенным. Эти богачи способны на самые различные трюки. Он мог скрывать Кашмена, не зная, кто он такой. Роджерс свернул на тропинку, которая вела к бунгало, и остановился возле тихого озера. Здесь он погасил свой фонарь и осторожно покатил велосипед перед собой.