– Ты чего ржешь? – на зале действительно сидел участковый.

– Рекламы стык в стык пошли: Всего за четыре девятьсот девяносто не дайте простуде одолеть себя!

– Прикольно. А ты чего здесь?

– Тебя проверяю.

– Так у тебя же вроде выходной.

– Я тебя за завтра проверяю.

– Понятно. А что не дома?

– Срочно потребовался твой телек.

– Зачем? – да панель у меня шикарная почти два метра по диагонали.

– Совсем ты в своей игре память потерял. Сегодня же финал кубка мира по пятнашке!

– Точно! А игра не моя, она государственная. Кто кстати в финале?

– Что полуфиналы не смотрел?

– Да я с этой игрой даже четвертьфиналы пропустил.

– Жаль. Наши, в кои веке, из группы вышли.

– Они в кои веке на турнир попали. И кому в четвертьфинале проиграли?

– А победу не веришь?

– Да же не смешно.

– На Австралию вышли, – грустно сообщим мой друг, – сорок восемь шестнадцать, хотя первый тайм бились на равных. А во втором два перехвата ну и как итог счет.

– А кто в финале?

– Олблекс против ирландцев.

– Слушай, ты же можешь отмазать? Ну там позвонить кому? Я бы тоже посмотрел.

– На должностное преступление толкаешь.

– Могу за дверь вытолкнуть.

– Я при исполнении!

– Ты на выходном!

– С тебя пиво!

– С меня экран!

– Ну что ты за человек, а если бы я пиво не принес? На сухую смотрели бы?

– Я что за человек? Ты тут без меня на мое телеке полуфиналы смотришь, – то, что дело было именно так, я не сомневался, – еще и финал хотел без меня смотреть!

– Так тебя просто так из капсулы вытащить нельзя! Только если сам выйдешь! Она ж блокируется! Вернись в комнату и посмотри, не благодарная скотина! – изобразил на лице оскорбление Вадим, – целый час тебя провоцировал!

У изголовья капсулы стаяли два кувшина, один пустой другой с водой. Так вот почему меня приспичило. Если бы Октам не отпустил? Ну хоть финал посмотрю. Новозеландцы выиграли двадцать семь на двадцать два, и я опять полез в капсулу. Даже если Вадик не отмажет. Все равно это было первое нарушения режима нахождения в капсуле, увеличения срока не будет.

– Вот и ты, – в мой кадык уперлось лезвие, – я так искал этой встречи.

– И зачем же я тебе сдался? – и что меня дернуло опять через этот чертов парк пойти?

– Ты сейчас у Октама учишься? – мой вопрос остался без ответа.

– Если спрашиваешь, значит, знаешь ответ.

– Хороший мастер, я тоже когда-то учился у него. Но ученик превзошел учителя.

– Так ты ревнуешь его к новому ученику? – а что мне еще делать? Только хамить и бравировать, он меня по-любому сделает.

– Ревную? – за спиной раздался каркающий смех, что совершенно не сказалось на положении лезвия у горла, – нет, но если он обратил на тебя свое внимание, так может и мне стоит присмотреться к тебе?

– Присмотреться? Ты это брось, я по девочкам.

– Я тоже, ты же видел тут недавно одну из моих. Как ты ее упокоил – не побоялся взять жизнь на глазах стражи. Только не хватает тебе опыта, надо было лезвие на сантиметр левее направить – она бы так быстро не умерла. А поток силы от меня к тебе перенарпавился. Ты же этого хотел?

– Так ты был рядом? – я другого хотел, но не говорить же это маньяку, пусть считает меня таким же как он.

– Я всегда рядом, я рядом и негде, – точно псих.

– И что же тебе надо от меня?

– Сила моя и мастерство велико, но мне нужен ученик. Ученик который сможет превзойти меня. Ученик, который сможет отправить меня к госпоже тьме, и верно служить ей.

– Ты хочешь взять меня в ученики? А если я против?

– Тогда я буду каждый день приходить к тебе. Ты же странник, как и все вы потерялся между своим и нашим миром. И не можешь покинуть его на всегда. Каждый день я буду творить из тебя свой шедевр. И каждый день ты будешь приходить, чтобы стать холстом для моей картины, – однако, сумасшедшая непись.

– Я могу подумать до завтра?

– Ты можешь подумать до сейчас.

– а как же мое обучение? И работа? Я же не могу покинуть официальные структуры.

– Почему? – неизвестный озадачился.

– Меня в ваш мир отправили в наказание, в отличии от остальных странников, я не по своей воле пришел. Такое решение наших богов, – что я несу, – и они смогут наказать меня и вашем мире. Будет искать меня, а найдут тебя.

– Об этом я не подумал. Ты не врешь?

– Клянусь матерью тьмой, что не только не могу по своей воли покинуть место работы, но даже выйти из города, – над моей головой на секунду образовалось темное облако и рассеялось.