Игорь осматривался с удивлением и некоторым испугом.

– Вы здесь живете?

– Да. – Ольга смотрела на него со странным выражением. – Правда, здесь хорошо?

Игорь не успел сообразить, что ответить, потому что в спину ему мягко толкнулась мощная ладонь Галины, и ее ласковый бас заворковал над ухом:

– Вот, Игорь-забыла отчество, во-о-от, сюда, пожалуйста, в это кресло, оно у нас гостевое, особое, почетное… Сюда, сюда…

Игорь шагнул к креслу, повинуясь настойчивой сильной руке, но тут Ольга резко сказала:

– Галь, прекрати!

– А что такого? – театрально удивилась Галина. – Я человека усаживаю. Чай пить.

– Игорь Дмитриевич, сядьте сюда. – Ольга взяла одну из табуреток и поставила ее с другой стороны стола. – В кресло я сяду.

Она показала Галине кулак так, чтобы Игорь не заметил. Но он заметил. Еще он заметил, как жизнерадостное румяное лицо Галины на секунду выразило притворное раскаяние, но как только Ольга отвернулась, тут же преисполнилось каким-то коварным умыслом. Интересные подружки.

– А что там насчет метлы? – невинно поинтересовался он, усаживаясь на предложенный табурет и наблюдая, как женщины сервируют стол. Хм, сервировка. Он давно не видел подобного. – Что там за метлу вы хотели найти? Когда мы пришли, помните?

– А поганую метлу, – с готовностью объяснила Галина. – Я ею курятник чищу. От помета. А когда за Олькой кто сдуру увяжется – так я его поганой метлой.

– Эй, – окликнула Ольга из кухни. – Ты не очень-то меня компрометируй, радость моя. А то уволят до окончания испытательного срока.

– Уволят – им же хуже, – беззаботно ответила Галка. – Где они еще такую найдут?

– А почему «не компрометируй»? – спросил Игорь. – И почему «сдуру увяжутся»? За Ольгой сам бог велел увязываться. Если кто не увяжется – так вот это уж точно сдуру.

Сквозь занавес из бусин шагнула Ольга с тарелкой в руках и остановилась, глядя на Игоря напряженным, неприязненным взглядом. И Галина замерла на полушаге, глядя на него тоже напряженно и почти угрожающе. Ну и ну, подивился Игорь. Он в жизни не встречал подобной реакции на комплимент.

Ольга опустила глаза и с непроницаемым лицом понесла к столу тарелку. Галина отступила от стола и из-за Ольгиной спины многозначительно улыбнулась Игорю.

– Да нет уж, Игорь Батькович, – медленно сказала она. – Вы мне уж на слово поверьте. Сдуру – это как раз те, кто увязывается.

– Метла? – спросил Игорь шутливо, пытаясь разрядить почему-то сгустившуюся атмосферу.

– А что? – рассудительно сказала Галка. – Метла – довольно эффективное средство борьбы со всякими паразитами. Если на них не действуют другие средства. Куриного помета просто ну никто не выносит. Оль, ты бы переоделась, а? На тебя уж налюбовались. Ляпнешь на юбку чем-нибудь…

Ольга смущенно глянула на Игоря и шагнула к баррикаде из древних шкафов:

– Я сейчас.

Игорь растерянно смотрел, как она открыла дверцу одного шкафа, шагнула внутрь и закрыла дверцу за собой.

– Все балдеют, – довольным голосом сказала Галка, наблюдая за ним хитрыми глазами. – Это не шкаф. Там у нас дальняя комната. Ольгина.

– Ольга давно у вас живет? – спросил Игорь вполголоса.

– Давно. Полгода вроде. Оль, ты давно у меня? – не повышая голоса, спросила Галка.

– Почти семь месяцев, – так же вполголоса отозвалась Ольга из-за баррикады. – С ноября.

Ну и ну. Дальняя комната. И кухня – она же прихожая – метр на метр. А из кухни еще одна дверь – за этой стенкой, видимо, вторая комната. Судя по фасаду, четыре квадратных метра. И они здесь вдвоем живут.

– Мне у вас нравится, – удивленно признался Игорь, наблюдая, как Галка наливает чай в разнокалиберные чашки. Ни одной вполне целой – или щербатая, или ручка отбита, или трещина по краю. – У вас как-то… спокойно.

– А то, – уверенно отозвалась Галка. – У нас всем нравится… – Она глянула на Игоря с надеждой и понизила голос: – Может, все-таки сядешь в кресло, а?

– Галь! – Тревожный голос Ольги был чем-то приглушен, будто она говорила сквозь прижатое к лицу полотенце. Послышался слабый треск, что-то звякнуло, потом дверь шкафа распахнулась, и Ольга торопливо шагнула из него, повязывая голову платком. – Галь, я тебе сейчас уши оборву.

Игорь опять ее не сразу узнал. На ней была широкая бесформенная юбка из сурового полотна, длинная, почти в пол. Панёва, вспомнил Игорь где-то слышанное слово. Свободная блузка… нет, блузкой это назвать язык не поворачивался. Свободная белая рубаха с длинными рукавами, завязочками у горла и вышивкой на груди была, очевидно, найдена в запаснике какого-нибудь музея национального костюма. А стильное каре ее серебряных волос скрывалось под низко повязанным белым платком в мелкий синий горошек. Такой платочек когда-то был у его бабушки. Только бабушка завязывала его под подбородком, а Ольга – сзади, на затылке.